Сперва, мы улыбались и дразнили его. Обычно уверенный Керрик стряхнул снег с плаща, беззлобно ворча. Виновницей оказалась обычная ветка. Извилистая и серая, она торчала из рыхлого снега. Мы могли бы наступить на нее и продолжить наше веселое путешествие, но Белен остановился и присмотрелся к ветке поближе.
Он выругался и начал капать, расчищая снег. Остальные обменялись недоумевающими взглядами, пока не поняли, что обнаружил Белен. Труп. Из-за скорости распространения чумы и мародеров, это было неудивительно.
— Поэтому я и споткнулся, — сказал Керрик, — лес не считает мертвое тело угрозой.
— Логично. Теперь это корм для растений, — проборматал Квейн.
Белен обнаружил больше комков в снегу. Опять же, это особо не шокирует. Каждый выживший либо видел, либо наткнулся на чумного. Пока остальные расчищали снег, находя больше тел, я осмотрела мужчину, о которого споткнулся Керрик.
Густая борода, длинные волосы и шрамы на лице, ему на вид было не больше двадцати. Он свернулся калачиком, со скерещенными поперек живота руками. Бесполезный жест, ибо большая часть внутренних органов лежали вокруг него. Я присмотрелась к рваной плоти и следам укусов на его теле. Стервятники или убийцы?
— Что-то сожрало вот этого, — произнес Белен.
— Этому парню оттяпали пол-лица, — сказал Лорен.
— Эм… Ребята, — голос Квейна дрожал, — кажется, я нашел виновников.
— Мы присоединились к нему. Он обнаружил большую уфу. Керрик сделал шаг назад, как только увидел ее. Автоматическая реакция, но я не могла его винить. Чудовище было шесть футов в длину и имело пестрый мех, покрывающий двести фунтов мышц. Два отвратительных зуба торчало из его верхней челюсти. Черная кровь запачкала когти передних лап.
Мы откопали четырнадцать тел, но только одну уфу. Хотя было большее количество следов других животных. Но, было трудно определить: это животные их убили или они просто пришли за легкодоступной едой.
— Мародеры, которые направлялись на рейд или возвращались с него, — сказал Керрик.
— Откуда ты знаешь? — спросила я.
— Неопрятный вид. Хорошо вооружены. Боевые шрамы. Большинство мужчины. Они оставляют слабых членов в главной базе.
— Что будем делать с трупами? — спросил Белен.
— Ничего. Как сказал Квейн, они пища для растений.
— Весной они будут вонять. Нет ли рядом голодных Лилий Смерти? — спросил Квейн, наполовину шутя.
— Они не заслуживают такой чести, — сказала я, с удивительной пылкостью.
Парни глазели на меня так, словно я потеряла рассудок. Возможно, так оно и было.
Идя через западные предгорья, мы наткнулись на еще две банды покрытых снегом мертвых мародеров. А потом — еще три. Но ни одной убитой уфы. Керрик хмурился все сильнее с каждым подобным открытием. Снег означал, что они все погибли до сильной метели семнадцатидневной давности — довольно давно и это немного утешало. Но любые крупицы утешения ускользали из-за огромного количества мертвых.
— Теперь мы знаем, почему так тихо, — сказал Квейн.
Отправившись в путь на третье утро, мы приготовились к новой бойне, но ничто не могло подготовить нас к следующему открытию.
Эта группа мародеров была убита также, как и все остальные. Но эти тела были покрыты снегом. Кровь, потроха, грязь и физиологические житкости запятнали белый снег. Следы уф пометили края.
Керрик приказал стоять на месте, пока он последовал по следам.
Пока его не было, я осмотривала мертвецов. Та же история, что и с предыдущими. Разница состояла лишь во времени. По моим подсчетам, они были убиты десять-двенадцать дней назад.
— Аври, ты ведь понимаешь, что это стремно? — спросил Квейн.
— Что стремно?
— Твое восхищение мертвецами. Не надо быть целителем, дабы понять: эти парни были убиты стаями диких уф.
— Это не восхищение. Скорее, любопытство. Кроме того, я начинаю подозревать, что их убили не животные. Разве не странно, что все жертвы лежат на животе.
— Или на том, что осталось от их животов. — Лорен указал на искромсанные органы рядом с одним из тел, — однако, по-моему, это довольно странно, что уфы продолжают нападать, хотя должны быть уже сыты.
— Если только, тут обитает больше одной стаи, — сказал Квейн.
— Эй, давайте думать о хорошем! — Лорен хмуро посмотрел на него, — если это не уфы, то кто напал на них? — спросил он меня.
— Я не уверена, — подойдя к мужчине, на которого указал Лорен, я попыталась перевернуть его. Он был слишком тяжелым и жестким.
— Это отвратительно, — сказал Квейн.
— Помоги мне, — сказала я.
— Ни за что!
— Сосунок, — сказал Белен. Он взял мертвеца за плечо и бедро, перетягивая его, — Что думаешь?
Я изучила открытую рану, когда-то являющуюся животом. В отличие от остальных, порезы были от лезвия, а не зубов.
— Судя по размеру и месту повреждения, он упал бы на спину, если бы на него напала уфа. — я осмотрела снег вокруг жертвы, — уфа бы его не перевернула.
— Почему нет? — спросил Квейн.
— Все вкусные части ноходятся спереди.
— Отвратительно. Напомни мне, больше никогда не задавать вопросов.
Лорен весело фыркнул.
— Как будто это сработает.
— Заткнись!
— Заставь меня!
— Джентльмены, — предупредил Белен, — если не уфа перевернул тело, то кто?
