— Для прикола.
— Да ладно?
— Для острых ощущений, — сказал Гермес с озорной улыбкой.
Персефона поднялась по лестнице с Гермесом.
— Куда мы направляемся, Сефи?
Ей показалось забавным, что он включил себя в это заявление.
— Я иду в офис Аида.
— Его там не будет, — сказал Гермес, и ей пришло в голову, что, возможно, Гермес не знал о сделке между ней и Аидом.
Она посмотрела на бога, и хотя пришла не для того, чтобы увидеть Аида, все же задала вопрос вслух: — Тогда где же он?
Гермес выглядел удивленным.
— Он рассматривает предложения по сделкам напротив.
Персефона разочарованно сжала челюсти.
— Я здесь не ради Аида, — сказала она и поспешила в его офис. Оказавшись внутри, она бросила рюкзак на диван и повела плечами, чтобы избавиться от боли.
Она подняла глаза и увидела Гермеса у стойки бара. Он взял несколько бутылок, читая этикетки. То, что он держал в руках было привлекательным, он отвинтил бутылку и налил жидкость в пустой стакан.
— Думаешь стоит это делать? — спросила она.
Бог пожал плечами.
— Аид должен мне, верно? Я спас тебе жизнь.
Персефона покраснела и отвела взгляд.
— Я в долгу перед тобой. Не Аид.
— Осторожнее, Богиня, — сказал Гермес. — Одной сделки с богом достаточно, тебе не кажется?
Она вздрогнула. — Ты знаешь?
Гермес улыбнулся: — Сефи, я не вчера родился.
— Ты, должно быть, думаешь, что я невероятно глупа.
— Нет. Думаю, что тебя соблазнили чары Аида.
— Итак, ты согласен, что Аид поступил со мной неправильно?
— Нет, — сказал он. — Я говорю, что тебя влечет к нему.
Персефона закатила глаза и отвернулась от бога. Она пересекла кабинет Аида и попробовала открыть невидимую дверь за его столом, но ее руки не погрузились в поверхность, как в прошлый раз.
Ее путь в Подземный мир был закрыт. Неужели он отменил ее услугу, потому что она привела Адониса в Невернайт? Или он злился из-за того, что она оставила его в тронном зале несколько дней назад? Разве он не оказал ей услугу, чтобы ей не пришлось его беспокоить?
Двери в кабинет Аида задребезжали. Гермес схватил Персефону и потащил ее к зеркалу над мантией. Она сопротивлялась, но Гермес прижался губами к ее уху и сказал:
— Поверь мне, ты захочешь это увидеть.
Он щелкнул пальцами, и Персефона почувствовала, как ее кожа натянулась на костях. Это было самое странное чувство, и оно не проходило, даже когда они были внутри зеркала. Ощущение было такое, словно находишься за водопадом и смотришь на туманный мир.
Она начала спрашивать, можно ли их увидеть, но Гермес прижал палец к губам и сказал: — Шшш.
В поле зрения появился Аид, и у Персефоны перехватило дыхание — независимо от того, как часто она видела его, она не думала, что когда-нибудь привыкнет к его красоте. Сегодня он выглядел напряженным и суровым. Она гадала, что же произошло.
Вскоре получила свой ответ.
Минфа следовала за ним по пятам, и Персефона почувствовала прилив горячей ревности. Они спорили.
— Ты напрасно тратишь свое время! — услышала она голос Минфы.
— У меня достаточно времени, — огрызнулся Аид, явно не желая слушать нотации нимфы. Её лицо посуровело.
— Это клуб. Смертные торгуются за свои желания, они не обращаются с просьбами к Богу Подземного мира.
— Этот клуб-то, что я захочу.
Минфа уставилась на бога.
— Ты думаешь, это заставит богиню думать о тебе лучше?
Богиня? Минфа имела в виду ее?
Глаза Аида потемнели от комментария нимфы.
— Мне все равно, что другие думают обо мне, и это включает тебя, Минфа.
Лицо нимфы вытянулось, и Аид продолжил: — Я выслушаю ее предложение, Минфа.
Она ничего не сказала, повернулась на каблуках и скрылась из виду. Через мгновение в кабинет Аида вошла женщина. На ней был бежевый плащ, большой свитер и джинсы. Ее волосы были собраны сзади в конский хвост. Несмотря на то, что она была довольно молода, она выглядела измученной, и Персефоне не нужны были силы Аида, чтобы знать, что какое бы бремя она ни несла в этот момент своей жизни, оно было тяжелым.
Когда женщина увидела бога, она замерла.
— Тебе нечего бояться, — сказал Аид, его теплый баритон успокоил, и смертная снова смогла двигаться. Она издала тихий нервный смешок, а когда заговорила, ее голос был грубым.
— Я сказала себе, что не буду колебаться и не позволю страху взять верх надо мной.
Аид склонил голову набок. Персефона знала этот взгляд — ему было любопытно.
— Но ты боялась. В течение очень долгого времени.
Женщина кивнула, и слезы потекли по ее лицу. Она яростно отмахнулась от них дрожащими руками и снова издала этот нервный смешок.
— Также говорила себе, что не буду плакать.
— Почему?
Персефона была рада, что Аид спросил, ей тоже было любопытно. Когда женщина встретилась взглядом с богом, она была серьезна, ее лицо все еще блестело от слез.
— Божество не тронет моя боль.
Персефона вздрогнула — Аид нет.
— Полагаю, я не могу винить вас, — продолжила женщина. — Я одна на миллион, умоляющая за себя.
И снова Аид склонил голову набок.
— Но ты же не из-за себя пришла?
Губы женщины дрогнули, и она ответила шепотом: — Нет.
