– Знаю, как ты разберешься! – недовольно фыркнула женщина и, бросив свою сумку на кровать, протянула руки к ребенку. – И я больше не увижу своего единственного внука. Уедешь в свой Мухосранск, а я, значит, раз в год да по большой милости к вам на поклон… Был бы жив Ваня, он бы никогда не посмел разлучить меня с Темочкой!
– Но Вани нет! – девушка заплакала. – И я не хочу жить тут с вами!
– Ах, вот как ты заговорила?! – Ксения Владленовна бросилась к чемодану и опрокинула его на пол. Ногой поддела крышку и отбросила его в стену. – И не стыдно бросать меня одну? Когда виновата в смерти Ванечки…
– Я не виновата!
– Он из-за тебя погиб! – взвизгнула женщина и бросилась к вещам, что лежали на кровати. Она ожесточенно скидывала их на пол. – Да он горбатился, работал, как вол, чтобы прокормить тебя и ребенка! Чтобы купить все эти вещи! А ты, неблагодарная тварь, хотела бросить его! Вот он и попал в аварию!
Ребенок на руках девушки заплакал – испугался громких криков. А нервы девушки сдали, и из ее глаз хлынул настоящий водопад.
– Он пьяный сел за руль! И ехал от проститутки! – закричала она, укачивая ребенка. Но тот пугался и орал еще громче. – Что вы врете?! Вы всегда врете! Он хотел развестись и бросить нас! Он издевался над нами!..
– Это ты, тварь, издеваешься надо мной!
Женщина попробовала отнять ребенка, но девушка в последний момент отпрыгнула и бросилась бежать в коридор. Она заперлась в ванной и оттуда сквозь не прекращающиеся рыдания сказала:
– Я не отдам вам Тему!
Меня трясло. Квартира давно уже исчезла, а я до сих пор чувствовала злобный взгляд Ксении Владленовны. От него становилось душно и противно. Как будто меня тащили в болото и пытались утопить.
Но больше всего я переживала за малыша. Достанется он злобной тётке или нет? Хотелось верить в лучшее, но почему-то я знала, что доброго конца не будет. Такое противостояние, окропленное кровью, не могло хорошо закончиться.
Я парила в небытие и беззвучно плакала.
Почему со мной происходит это? И где мой малыш? Он ведь мой. Мой! Я чувствовала это.
Всё так странно получается, что я существую сразу в двух мирах: во сне и наяву? Разве такое возможно? Чувство раздвоения не давало покоя. И ещё я не знала, как выбраться из серого дымчатого нечто. Изнанка миров, сонный плен. Я хотела проснуться, чтобы нареветься вдоволь и успокоиться. Но не могла. Серый мир снов не выпускал меня.
– Изабо? – голос, внезапно зазвучавший в пустоте, был смутно знаком. – Изабо, ты тут?..
Я никого не видела. Только серая густая дымка под ногами и над головой… Оставалось только беспомощно разводить руками.
– Изабо, ответь мне. Я приду на твой голос, – напряженно просили меня.
По-видимому, есть возможность вынырнуть из серого плена. Есть! Обрадовавшись, я открыла рот:
– Я тут, тут! – хотела выкрикнуть, но не смогла произнести и звука.
Одна попытка, другая… Меня хотели спасти, вернуть к нормальной жизни, но не получалось. Мой рот открывался беззвучно. Я чувствовала себя глупо и уязвимо, как рыбка в пруду.– Придется действовать варварскими методами, – вздохнул голос, и внезапно на моей шее появилась и туго сжалась петля.
Дернувшись пару раз, я лишь затянула петлю еще сильнее. Воздуха оставалось мало. Так мало, что я не могла нормально дышать, и захрипела. Удавка на шее затянулась еще уже, и в глазах взорвались звезды. Сердце истошно забилось, как в последний раз. Задыхаясь, я почему-то думала о малыше. Как он там без меня, переживет ли нашу разлуку…
Сознание выключилось и возвратилось в один момент. Как будто я спустилась с крутых горок и внезапно остановилась у кассы.
– Готово! – мне надавали по щекам и еще раз встряхнули. – Ой, прости, я в своей ипостаси. Так колдовать удобнее.
Я сидела на кровати, а вокруг творился хаос. Подушки валялись на полу, одеяло наполовину съехало. Существо с зеленой кожей и пупырчатой кожей махало у меня перед глазами пятерней и напряжено смотрело в лицо.
Бояться я устала, так что в этот раз необычный вид соседки восприняла почти как должное. Да и дышать было до сих пор трудно. Я потрогала шею и скривилась – болит. Значит, не приснилось… Платок, которым меня душили, валялся на кровати.
– Что случилось, Зоя?
Возвращение из сна получилось тяжелым. Голова работала плохо, да и воздух я жадно глотала ртом аж до головокружения.
– Успокойся, теперь всё нормально, – устало плюхнулась на кровать рядом соседка. – Да не дыши ты так… Не буду я тебя больше душить. Это была вынужденная мера. На вот выпей.
Мне в руки сунули крошечный пузырек, из которого я без раздумий выпила.
– Восстанавливающее зелье. Для отдыха, – пояснила соседка и пару раз усиленно моргнула.
Она вернула облик сероглазой брюнетки. Правда, в этот раз он был помятый и истощенный. Непросто ей далось мое возвращение.
– Да не смотри ты так. Сейчас выпью зелье и всё пройдет, – отмахнулась Зоя. – Лучше объясни, как ты застряла в межмирье? Как тебя угораздило? Я вытаскивала твое сознание обычными заклинаниями – не получилось. Пришлось воззвать к силам организма. Когда ему грозит опасность, он мобилизуется.