– Мне жаль девушку. Я не была с ней знакома, – ответила Элизабет и тоже принялась разыгрывать скорбящую невинность.
– Изабо? – Я вздрогнула от резкого окрика. – Ты что-нибудь знаешь?
– Нет, граф Ниттл. Но обязательно, – я сделала паузу, чтобы подчеркнуть это слово, – узнаю. И тогда кто-то получит по заслугам!
Мне не удалось сдержать угрозу в голосе. А впрочем, это даже к лучшему. Пусть знают, что я настроена серьезно.
– Мисс Риз, самосуд вершить запрещено, – прокашлялся граф Маолон. – За своевольное применение карательных мер… кхе-кхе…
И он многозначительно замолчал, скосив глаза на короля.
Вот уж кто сидел истуканом и не выражал никаких эмоций. Казалось, ему абсолютно всё равно, что одна из девушек пострадала. А ведь Зоя могла бы стать королевой! Как и все мы.
Пятеро. Нас осталось всего пять! Жесткий отбор как будто намекал, что жизнь во дворце не сахар, и неизвестно, кому повезет больше – той, что пройдет отбор, или остальным, покинувшим его.
Меня сильно задела безмятежность короля. Разве можно так равнодушно реагировать на случай с Зоей?!
– Простите, граф Маолон, что ввела в вас в заблуждение, – четко проговорила я, принимая невозмутимый вид. – У меня и в мыслях не было вершить самосуд. Уверена, вы с графом Ниттлом сможете назначить достойное наказание провинившейся.
– Значит, вы подозреваете кого-то из девушек? – вскинулся Феликс.
Я поджала губы, но потом ответила:
– У меня нет ни единого доказательства.
– Ясно, – чему-то улыбнулся дракон.
– Итак, Ваше Величество, – Маолон обвел нас взглядом, – желаете ли вы побеседовать с девушками наедине? Конечно, во время бала они совершили много ошибок, однако их потенциал, их молодость и рвение… Можно простить некоторые промахи, не правда ли?
Старичок взмахнул руками и с заискивающим видом повернулся к королю.
– Разрешение на неоправданную близость врагу. От чего в реальности можно умереть, – сильный голос короля звучал властно и сурово. Он отскакивал от стен тронного зала и будто придавливал нас сверху. – Самолюбование и полное непонимание этикета. Упрямое разглядывание короля, нарушающее все уставы. Можно долго продолжать разбирать ваши ошибки. Но я прощаю вас на сегодня.
– Они молоды, Ваше Величество, – довольно поддакнул Маолон.
Старичок расслабился. И теперь стоял, перекатываясь с пятки на мысок.
– Вы проходите на следующий этап отбора вместе с пострадавшей девушкой, – добавил король. – Граф, в каком она состоянии?
– Скоро поправится, – уверенно ответил Феликс, – ее жизни ничего не угрожает. Думаю, уже завтра ее можно допустить до отбора. Без физических упражнений, разумеется.
– Слава богу! – вырвалось у меня, и шесть пар глаз сошлись на моей скромной персоне, разглядывая с удивлением.
Так, а сколько богов почитают в королевстве драконов? Вроде бы несколько… Или одного? Надо бы узнать, чтобы больше не попадать впросак.
Поняв, что ляпнула что-то не то, я покраснела и виновато потупилась.
– Радует, что вы способны сопереживать, Изабо, – вдруг похвалил Маолон, чем разрядил обстановку.
Только Феликс взглянул как-то странно, а потом шепнул что-то на ухо королю. Они обменялись загадочными усмешками.
– Вы свободны, – объявил Рональд, – отдыхайте до завтра. Маолон, проводи девушек.
Мы поклонились королю и вышли из тронного зала.
Сердце колотилось так, будто я прошла сложный и судьбоносный экзамен. Нас всех оставили, даже бедную Зою! Мне следовало радоваться, но я чувствовала себя странно. Будто я – муха, угодившая в липкую паутину. Смертельную ловушку.
В апартаментах меня ждала зареванная Агаста. Из ее сбивчивого рассказа я поняла одно: горничную отстранили от работы, сделали выговор и ее дальнейшая судьба висит на волоске. Скорее всего, ее либо уберут из дворца, отправив работать в приграничные земли, где неспокойно и «вурдалаки негодные» бегают. Либо вообще выкинут на улицу. Без денег и рекомендаций.
Судя по тому, как поджала губы Кларисса и что она не перебивала Агасту, так и будет. Вина горничной не была подвергнута сомнению, ведь Зоя лежит в лечебных апартаментах с кровоточащей ножевой раной. И именно Агаста не уследила за конкурсанткой, не защитила ее во время королевского отбора. Своей безответственностью она подвергла жизнь девушки опасности. Такое не прощают.
Жизнь Агасты стремительно и безвозвратно катится в бездну, и никто не в силах помочь ей.
Кларисса косо глядела на свою бывшую коллегу и не вмешивалась. Она безмолвно забрала королевский гарнитур и унесла в сокровищницу, оставив нас наедине с Агастой.
Мне было жаль ее. Как могла, я пыталась утешить горничную. Мне было больно и стыдно, что из-за наших глупых поступков страдает человек. И я отлично понимала, что вздумай Зоя убежать под прикрытием своего невидимого щита, у любой горничной не останется никаких шансов.
Но кто напал на Зою в библиотеке? И что делать мне? Ведь вся эта ситуация сложилась по моей вине.
Агаста через какое-то время ушла, на ходу вытирая опухшее лицо белоснежным передником. А я, расспросив Клариссу, где находится лечебное крыло, уже собиралась пойти к Зое и попросить ее вступиться за горничную.