Он учтиво наклонил голову, как и его помощники. А затем все они с чрезвычайным усердием вернулись к приборам. К астроному на борту флагмана также был приставлен персональный ментат.
– Да, нужно в этом разобраться как следует, – повторил герцог-баши.
Зенха продолжал недоумевать:
– Но зачем? Какая от этого польза Империи?
Танак Рийю вновь обернулся к мостику, обдумывая ответ:
– Я полагал, что это очевидно. Взгляните на все эти планеты и астероиды, вращающиеся по сложным орбитам. Частые вспышки выплавили на их поверхность ценные тяжелые металлы. Как только мы определим циклы звездной активности, а также точные орбиты и состав этих небесных тел, Империя сможет организовать здесь добычу полезных ископаемых в периоды затишья – это огромное богатство. Главное, успеть все вывезти до следующей вспышки. – Астроном потер пальцем губу. – Ну и, конечно, ради «чистой» науки.
– Ради «чистой» науки, – кивнул Зенха.
Коварные звезды кружились на экранах кораблей оперативной группы. Хотя Рийю и его команда смотрели на это зрелище завороженным взглядом, Зенхе оно казалось зловещим.
– На данный момент мы остаемся здесь одни и приступаем к исследованиям. Следующий галактический лайнер прибудет за нами через три дня. – Горамби откинулся на спинку командирского кресла. – А еще можно расслабиться и наслаждаться видами.
Рийю выглядел донельзя взволнованным:
– Теперь, когда мы так близко, это еще более захватывающе! – Он смотрел на свои приборы, а не на сияющие звезды в иллюминаторе. – Так, мне нужно, чтобы семь фрегатов заняли ключевые позиции вокруг центральных звезд. Мы должны снять точные показания. – Признательно кивнув герцогу-баши, он добавил: – Все это оборудование установлено на кораблях в космопорте Чадо благодаря вам, сэр.
Знатный офицер довольно, но рассеянно махнул рукой:
– Император ясно дал понять, чтобы я оказал вам всю необходимую поддержку. – Натужно крякнув, он поднялся с командирского кресла. – Старший помощник Зенха, вы остаетесь за главного. Я буду в своей каюте – мне нужно поработать с важными документами.
Когда тучный командующий покинул мостик, Зенха быстро ознакомился с инструкциями и задачами миссии. К счастью, каждому из его подчиненных офицеров предоставили конкретный протокол действий, так что они могли заниматься исследовательской программой, пока Зенха пытался уложить в голове общую цель экспедиции.
Флагманский дредноут завис неподалеку от одного из самых крупных астероидов – почти планеты; в то время как каждый из семи фрегатов начал двигаться по отдельным траекториям – поднимаясь выше или спускаясь ниже плоскости эклиптики, где показания приборов не будут искажены многочисленными планетоидами, испещренными кратерами.
Пульсирующие звезды становились то ярче, то тусклее, пока Зенха изучал их. Рийю и его помощники на борту флагмана, похоже, были довольны первичными данными. Научные консультанты каждого из разведывательных фрегатов также сообщали об успешных измерениях. Зенха вполне освоился с ролью старшего помощника и радовался, что операция проходит гладко, хотя и чувствовал себя оторванным от мира в этой далекой необитаемой системе, где следующий галактический лайнер появится лишь через несколько дней.
Следуя приказам, командиры фрегатов направлялись в открытый космос над котлом пылающих нестабильных звезд. Они двигались по заранее намеченным маршрутам, образуя общую сеть из сенсоров, установленных на кораблях. Никто из капитанов толком не знал, как она работает, но этим занимались люди Рийю и пока не просили о помощи.
С мостика флагмана Зенха следил за общей ситуацией, плотно сжав губы – он вновь вспомнил об отсутствии подготовки и беспечном отношении командующего. Казалось, что все они выполняют свои обязанности с завязанными глазами.
Герцог-баши вернулся через шесть часов. По виду командующего читалось, что эту миссию он полагает самой славной в истории и уже ставит себе в заслугу. Аристократ переоделся – парадный мундир он сменил на еще более яркий наряд, на котором был особенно хорошо заметен герб Дома Горамби. Он даже прихватил с собой свой дурацкий хлыст.
Громким голосом герцог-баши потребовал отчета от своего старшего помощника. Зенха оттарабанил сухой конкретный доклад, но командир лишь делал вид, что слушает – судя по его остекленевшим глазам. Взволнованный Танак Рийю подробно живописал всю важность сенсорного картографирования и уникальность такого скопления звезд-пульсаров. Хотя Горамби улыбался и кивал, похоже, слова астрофизика не вызывали в нем никакого интереса.
Дредноут продолжал висеть в тени большого планетоида, а семь фрегатов тем временем продолжали свою удаленную работу под сиянием звезд.
– Превосходные перспективы! – сказал Рийю, и его ассистенты закивали. – Все показания скоро будут собраны, и мы получим нужную информацию. Наша работа неоценима для Империи!
Внезапно экраны вспыхнули и замигали – там появился поток данных. Среди шума, возбуждения и смятения Зенха потребовал немедленных объяснений, в чем дело.
– Нейтрино вырвалось из ядра одной из звезд! – воскликнул Рийю.
Его ассистентка нахмурилась:
