– Ты думаешь, кого-то из нас спросили, хотим ли мы оказаться здесь? Да тебя тоже выслали сюда на тюремный срок, Раф. Наши родители прошли эту же школу жизни и считают, что всё так и осталось, как больше двадцати лет назад. Они понятия не имеют, что сами толкают своих детей превращаться в животных. Если бы у меня была возможность свалить отсюда, то я бы это сделал. Но приходится терпеть и выживать, подстраиваться под местные законы и не отличаться от массы себе подобных, лишь бы выбраться отсюда и хотя бы не свихнуться. И твои оскорбления, что я якобы поступил не по-мужски…
– Не якобы, а ты именно так и поступил бы, но я тебя утащил сюда. Если есть вопросы к девушке, то нужно искать того, кто за неё отвечает, а в этом случае Оливер. Но ты не пойдёшь к нему, ведь проще наехать на Миру, пригрозив расправой, верно? И ты бы выслушал её? Хотя она бы ничего не отрицала, а взяла всю вину на себя! Она, блять, больная дура, удерживающая всю боль и страхи внутри себя! Она никому здесь не доверяет, и я в этом её поддерживаю! Да ты сам посмотри, даже лучшая подруга, которую она защищает и оберегает, ударила её и обвинила во всём! Выходит, что больше чем за год никто не смог её узнать! И вам это не нужно! Вы здесь все враги друг другу! У вас нет понятия дружбы, только предательство! Бесит! – С криком обрушиваю на деревянный стол кулаки и кривлюсь, ведь правая рука и так болит от недавнего удара об стенку, а теперь снова. Но не могу я больше. В эту минуту меня терзает внутри то, что никто в этом богатом мире не слышит – мольбу о помощи. Это безобразно и грязно.
– Раф, я всё понимаю, и твои слова тоже дошли до меня, только я о таком никогда не слышал, что типа парень отвечает за свою девушку. Но ты прав, и я… что я могу сделать один? Ничего, понимаешь? В моих силах уберечь только одного человека, и я выбрал его. Это Сиен. И она прибежала ко мне в слезах, как и тогда, в ту ночь, её трясло. Она умоляла меня свалить отсюда и опасалась за свою жизнь. Наверное, она немного глупа и слепа, или Саммер тоже постаралась, чтобы настроить её против Миры. Я…
– Меня это не волнует. Это ваши проблемы, а я повяз в дерьме по уши. Мне этого не надо, Белч, – перебивая его, смотрю в тёмную гущу деревьев, шелестящих от прохладного ветра, и не вижу ничего, а только слышу снова голос Миры, напоминающий мне, что ничего не поможет стать другим для неё. Это меня волнует почему-то больше всего.
– Тебе не выбраться из него, Раф. По себе знаю. У меня не было выбора, ведь мой кузен глава братства, и я тоже должен состоять в нём. Каждый год связан с прошлым, а будущее никогда не угадать. Смена власти грозит вот такими событиями, и это не первый раз. Они были, есть и будут всегда, вне зависимости от наших чувств, – мне на плечо ложится рука Белча.
– Прости меня, возможно, я погорячился и не понимал, что хотел натворить. Но ты даже спас меня, ведь я бы разнёс Миру, а потом Оли разнёс бы меня. Хотя твои суждения мне близки, наверное, поэтому ты мне понравился в первый день. Ты другой, и я бы хотел походить на тебя, но вечные причитания Сиен превращают меня в тупого мудака, – поворачиваю к нему голову. – Ну или я всегда был тупым мудаком.
Усмехаясь, киваю ему в знак того, что последнее мне предпочтительнее. Он снимает с меня свою руку и протягивает сигарету, которую я с радостью принимаю. Только это даст мне немного спокойствия. Курение убьёт меня когда-нибудь, но сейчас это единственное, что очень близко мне. Тот же горький привкус. Тот же наркотический эффект, как от новой встречи с Мирой. Тот же ад, где нет ни единого проблеска надежды. Тот же дым, в котором сгорает любое проявление заботы.
– Если я тебя спрошу кое о чём, орать будешь? – После долгой паузы, обращается ко мне Белч.
– Нет, сейчас мне по хрен на всё, – пожимая плечами, затягиваюсь сигаретой.
– Что происходит между тобой и Мирой? Сиен мне рассказала настоящую причину, почему тебя нарядили в трансвестита, ну и то, что она с тобой поделилась всей этой информацией, показала видео и…
– Ничего не происходит. Она обезопасила себя, чтобы я отцу её не донёс, вот и всё. А настоящую причину, почему я стал местной шлюхой, ты, наверное, понял. Она меня ненавидит, – перебивая его, облизываю губы, собирая пепел из разочарования с них.
– Мон шер, – тянет Белч, и я бросаю на него злой взгляд.
– Так это правда? Она зовёт тебя именно так? И ты говоришь мне, что между вами только ненависть? Ага, конечно, ненависть, приправленная стояком и ночными разговорами, – добавляет он с ухмылкой.
– Орать начну, – предупреждаю я.
– Значит, я прав. Тебе нравится Мира именно такой сукой, какая она есть, да? А что будет, если она другая? Ну там может быть доброй, заботливой и милой, как Флор, – развивая тему, Белч на всякий случай делает шаг от меня.
– Я блевану.
– От Флор, или оттого что Мира станет такой же амёбой, как первая? – Он издевается надо мной, вызывая хриплый смех.
