Замираю от сказанного, и затем из груди вырывается хохот. Он это всё сказал с активной жестикуляцией одной рукой, продолжая облизывать бокал, и при этом выглядел довольно серьёзно и сосредоточенно, отчего у меня неожиданно и вызвало приступ смеха. Он идиот. Нет, правда, он полный придурок, но я не помню, чтобы с кем-то ещё из парней от веселья у меня выступали слёзы из глаз. Ему удаётся сделать со мной нечто невероятное, и это меня притягивает.
Успокаиваясь, отпиваю шампанского, пока Рафаэль довольно улыбается от произведённого на меня эффекта.
– Знаешь, я не понимаю, почему ты здесь? Ведь ты королева вечеринок, и сейчас одна из суперкрутых тусовок проходит прямо под нами, а ты прячешься в спальне. Почему? – Неожиданно спрашивает он.
– Я не прячусь. Я пережидаю, – уклончиво отвечаю, допивая шампанское, и протягивая бокал, чтобы он его обновил.
– Хорошо, почему ты не внизу вместе со своим парнем и друзьями? – Допытывается Рафаэль, уже медленно и аккуратно наполняя мой бокал алкоголем.
– Сегодня «Ночь Свободы». И все мои друзья, как и Оли, свободны, – дожидаюсь, когда он уберёт горлышко бутылки, тут же подношу бокал к губам и выпиваю довольно большую порцию, отчего в глазах появляются яркие искры, а кровь начинает вскипать, согревая сердце.
– Белч говорил, что якобы пары имеют право забыть о том, что они вместе. Но я считал это невероятным, ведь это просто… даже слов подобрать не могу, кроме матерных, – Рафаэль поднимает ногу и сгибает её, поворачиваясь ко мне. Облокачивается локтем на неё, взмахивая в воздухе рукой.
– Кстати, о Белче. Надеюсь, у тебя недлинный язык и ты не из тех, кто хвалится количеством информации, чтобы потешить своё эго и возвысить его? – Вспоминаю я, недовольно высказывая ему.
– Что? Ты думаешь, что я выложу ему то, о чём мы разговариваем? С ума сошла? Нет, конечно, я не болтун. Я лишь сказал ему, что видел фонтан, и он произвёл на меня впечатление, как и парк. Ну и, возможно, упомянул о том, как был голоден, и что ты купила мне хот-дог, – оправдывается он.
– Не болтун, – цокаю я.
– Но я не сказал ему, что мы были ещё и в кафе, как ссорились, и что ты умеешь плакать. Я… надо было ему хоть что-то выложить, иначе он бы не отстал, понимаешь? Он поймал меня, и Сиен следила за нами, отметив, во сколько мы вернулись вместе. В свою защиту скажу, что я выстоял против его напора и дал ему лишь смазанную и неточную информацию, из которой понятно, что ты не превратилась в человека с сердцем. Правда, – Рафаэль жарко доказывает мне, уверяя в том, что ему можно доверять. Не могу. Как бы хотела, но не могу, даже ему.
– Если честно, то дурдом какой-то. Такое чувство, словно, – он замолкает. Хмурится и делает глоток шампанского.
– Словно?
– Это будет очень смешно, потому что это нереальная глупость, но я вижу это всё, как будто они специально устраивают тебе и мне западню, чтобы мы… ну мы как-то сблизились, что ли. Такая фигня, да? – Нервно поясняет он.
– Согласна, – киваю я, алкоголем помогая себе найти силы снова уколоть его тем, что не даёт мне покоя.
– К тому же ты был на свидании с Джульеттой, такое невозможно не заметить. Так что я абсолютно с тобой согласна – тебе показалось это, ведь ты так глубоко увлечён маленькой глупышкой, – и хотелось бы сказать всё равнодушно, но злость и язвительное замечание, которым я желаю ударить его изнутри, причинив хотя бы какую-то боль, буквально разъедает меня изнутри. Даже рука сильнее сжимает ножку бокала, когда я делаю глоток, насыщая кровь допингом для продолжения разговора.
– Если бы я не знал тебя, то принял бы это за ревность, Мира, – нагло усмехается он.
– Ты меня и не знаешь, – фыркаю я.
– Прекрасно научился понимать, когда ты борешься с собой. В такие моменты ты приплетаешь моментально Флор, чтобы меня уязвить или уличить в преступлении. Я понимаю, прекрасно понимаю тебя, потому что тоже до сих пор не верю в происходящее и боролся с собой весь день.
– Ты рехнулся. Нет, ты, правда, рехнулся. Взял на себя слишком много, Рафаэль. Это ты пришёл сюда ко мне, нарушил моё уединение, оскорбил роскошное шампанское, и делаешь вид, словно изучил меня досконально! – Возмущённо шиплю я.
– Я не делаю вид, я…
– Мне плевать. Что ты здесь сидишь, раз так сильно волнуешься за неподобающее употребление имени твоей Джульетты? Зачем ты пришёл в мою спальню, раз так прекрасно развлекался с ней? Ты… ты просто невозможный лжец, но ничего от меня не добьёшься. Ничего, понял? Ты…
