– Моя семья всегда останется для меня в приоритете, и не важно, чужой мне человек или нет, он может быть дорогим и важным в такой же степени, как и мои родные. Это необъяснимо, но я чувствую, что, если бы она дала мне шанс показать ей, каким я бываю, то у нас нашлось бы много общего. Если бы она доверилась мне и развеяла сомнения о своей лживой натуре, то всё было бы проще. Но она борется против меня, считая, что я глуп и слеп. Она не желает стать немного слабее рядом со мной, но ей это нужно. Никто ей не поможет так, как я, потому что я видел дно, оттуда идёт моя жизнь, и в моём арсенале достаточно приёмов, чтобы уличить любого человека и вытащить из него всю правду. Я бы мог, поделился с ней, но, увы, она считает себя лучше других. Она делает то, что ставит меня в тупик, и я не понимаю, откуда берётся столько ненависти к окружающим.
Он же говорит это о Флор, верно? Мы ведь обсуждаем его чувства к ней? Тогда какого чёрта он так пристально смотрит на меня, уверяя, что в нём зародилась симпатия к несуществующему человеку? Флор другая. Откуда он, вообще, взял всю эту чушь про неё? Что она планирует? Что она ему сказала? Это злит меня. Они оба мои жертвы. Они те, кто поплатятся за то, что дышат рядом со мной.
– Борется? То есть все эти ужасные ужимки и красные щёки от смущения – борьба против тебя? Ты тупой или притворяешься, мон шер? И с чего это ты решил, что она ненавидит окружающих? Она воплощение добродетели и глупости, – ядовито шиплю я.
– Что? Ты о чём? – Непонимающе моргает Рафаэль.
Так, я терплю его, чтобы понять, о чём он говорил с Саммер, а не слушать его хвалебные отзывы о глупой сучке.
– Я спрашиваю тебя, мон шер, что же заставило тебя пойти на свидание и подарить отвратительный куст? Тебе нужны проблемы? Саммер не та девушка, которая вытерпит твои тайные встречи с Флор, – беру себя в руки и даже натягиваю улыбку, списывая его отсутствующий вид на порошок, который ему подсыпала Саммер. В этом я теперь уверена на сто процентов.
– У нас с ней было разногласие, и я решил, что таким способом объясню ей всё и уберегу Флор. Но я знаю, что ты делаешь, Мира. Знаю, что хочешь получить сейчас. И пусть со мной что-то не так, у меня путаются мысли, и я не разбираю особо, что говорю, но ещё соображаю. А ты такая сейчас… одна, не будешь кричать, – Рафаэль резко отталкивается руками и буквально летит на меня, опрокидывая на спину. Издаю испуганный писк, хватаясь за его плечи.
– А во мне какая-то хрень, которую подмешала Саммер в бокал вина. И теперь ты со мной. Я почувствовал, что со мной что-то не так, и сбежал от неё, пока она отвлеклась на чей-то звонок. Белч позвонил ей, чтобы спасти меня из её лап. А сейчас в моих руках то, что я так сильно ненавижу, – его дыхание скользит по моей шее, поднимается выше и выше, пока я с ужасом всматриваюсь в блестящие серо-зелёные глаза.
– Я закричу, – голос от паники хрипит.
– Сделай одолжение, пусть все придут сюда и увидят, как ты лежишь подо мной, – я даже не делаю попыток освободиться. Это бесполезно. Его сила против моей. Моя ничтожна, а его ладонь ложится на обнажённое бедро и, поглаживая, забирается выше.
– Не смей, я сообщу отцу о том, что ты чёртов насильник, – шепчу, сглатывая отчаяние.
– Вряд ли я насильник, принцесса, ведь ты просишь меня об этом, – с улыбкой и довольный моим состоянием и страхом, возвращающим меня в прошлое, он трётся носом о мой, медленно развязывая на мне халат.
– Не смей, – дёргаюсь в его руках, а он цокает несколько раз и, распахивая халат, немного приподнимается. Ладонь, горячая и шероховатая ложится на мой живот.
– Твой дружок совершенно не представляет, что с тобой делать, правда, Мира? Он и понятия не имеет, сколько в тебе скрыто тайных фантазий. И в них мой аромат, – жмурюсь от каждого слова, пока внутри меня паника сменятся чем-то очень жарким.
– Ты дрожишь, а мне придушить тебя хочется. Показать тебе, как я сильно ненавижу тебя, – его шёпот не подтверждает слов, как и лёгкое касание языком мочки уха, отчего по телу проносится искра. Издаю шумный вдох и слышу его тихий смех.
Рафаэль отрывает руку от моей талии, и я распахиваю глаза, встречаясь с мягкой улыбкой и ласковым прикосновением к лицу.
– Я сейчас могу сделать всё, что захочу, и ты даже не возмутишься. Ты не позовёшь никого на помощь, не подставишь саму себя, опасаясь, что это станет концом твоего правления. И даже не это заставляет тебя смотреть на меня и слушать. Ты ждёшь этого. Ждёшь, когда я поцелую тебя. Ты ждёшь, принцесса? Скажи мне, что ты хочешь, – он двигается между моих бёдер, надавливая на какую-то точку, спрятанную во мне. Искра перед глазами, мои пальцы сильнее сжимают упругие мышцы его плеч.
– Меня, да? Тайно, чтобы никто не понял, как ты порочна, и насколько неумелый твой дружок, – выдыхает он и оставляет отпечаток губ на моей щеке.
