Большую часть времени, пока обвинитель, эксперты и адвокат демонстрировали в полупустом зале свое красноречие перед группой лиц бывших знакомыми накрошенной в салат шантрапы, я разглядывал, несомненно, впечатляющее помещение суда. Мозаика на потолке и интерьер были подобранны со вкусом, создавая деловую атмосферу, сочетая строгость линий и изящество витых источников света.
– Подсудимый Олег! – отвлек от этого занятия меня судья. – Хотите ли вы что-либо добавить к оглашенному?
Судья носил необычную маску, закрывающую почти все его лицо, темные стекла скрывали выражение глаз, а силовое поле или вокодер так обезличивали голос, что разобрать хоть какие-то эмоции не представлялось возможным. Без Силы. Адвокат, обвинитель и все прочие официальные лица носили такие же. Поэтому их диалог напоминал диалог протокольных дроидов.
– Потолок тут симпатичный. И колонны оригинальные, – от моего красноречия ничего не зависело, но я высказал вслух, о чем думал в данный момент.
– Это все, что вы хотите сказать? – бесстрастно переспросил судья. Сила выдала его легкое раздражение.
– Всё.
После чего почти тоже самое ответили и прочие члены команды за исключением капитана. Тот встал, сделал издевательский реверанс в сторону суда и начал свою речь.
– Я, как законопослушный гражданин был глубоко оскорблен тем, что в этом прекрасном городе возможен столь возмутительный акт агрессии. Нападение на честного торговца, - это не то, что я ожидал встретить в этом гостеприимном месте. Более того этот суд лишь тратит мое время, ради ненужного крючкотворства вместо того, осудить покушавшихся на мою жизнь.
– У вас есть, что сказать по существу дела? – оборвал его судья.
– А это не по существу? – картинно удивился капитан.
– Нет, – сухо оборвал его судья. – Садитесь.
– Подсудимый Олег? – Я встал.
– Имели ли вы намерение лишить жизни пострадавших с целью получить так называемую «награду за голову»? Или по иной причине? – спросил меня обвинитель.
– Нет, я не имел никакого представления об их существовании до того, как они не совершили на нас нападение.
Опросив Кейна и Нейлу, он добрался до капитана.
– Не превысили вы пределы необходимой обороны, добив упавшего, на что указывает криминологическая экспертиза? Он был тяжело ранен, и вы убили уже не представляющего угрозу вашей жизни гражданина, – напирал на него обвинитель.
– Протестую, – вклинился адвокат. – В условиях угрозы жизни обвиняемый не обязан задумываться о том, чтобы причинить нападающим минимальный урон. Более того, он имел право обезопасить себя, поскольку развернулся спиной к лежавшему нападающему и угроза его жизни со стороны иных лиц еще не исчезла.
– Подсудимый Травер, так ли это было, как говорит ваш адвокат?
– Да, именно так, – кивнул капитан.
– То есть вы в упор выстрелили ему из бластерного пистолета Е-54 в грудь, причем на полной мощности, а после это отрубили голову упавшему? Замечу, что выстрел пробил затем еще и половое межуровневое перекрытие.
– Именно так, – по-людоедски улыбнулся капитан. – Мне было некогда выяснять, был ли пробит его щит, и был ли на нем надет… нет, именно одет бронежилет. В это время на мою команду все еще наседали поэтому я поступил единственно верным, на мой взгляд, образом, – ответил он. Судя по всему, адвокат с ним общался по этому вопросу.
– Вы не знали о характере нанесенных выстрелом повреждений? – уточнил адвокат.
– Нет, кровь залила мне глаза, и я плохо видел – ответил он тут же. И вопрос, и ответ были отрепетированы заранее.
– Как видите, обвиняемый действовал вполне корректно, – заявил перед судом адвокат.
– При условии, что это была самооборона, – заметил обвинитель. – Это все еще не доказано.
– Как и обратное тоже, – сказал вежливо, но с довольной невидимой никому кроме меня ухмылкой, адвокат. – И при угрозе жизни или имуществу в случае вооруженного нападения понятие «чрезмерное насилие» не применимо. Угроза жизни исчезает только с тем, кто ей угрожает.
– Вы все еще покрываете убийц, покусившихся на жизнь добропорядочных граждан и уважаемых жителей Города? – патетично воскликнул обвинитель. Маска стерла эмоции из его голоса, но не до конца.
– Потерпевшие не являются никакими добропорядочными жителями. Они многократно судимы, в том числе и по тяжким обвинением. И обстоятельства их встречи ясно говорят о том, кто на кого напал. Во всяком случае, они оставляют достаточно сомнений, чтобы даже самый строгий суд вынужден был трактовать их в сторону обвиняемых.
– Пострадавшие могли искать встречи с обвиняемыми, но цель этого не очевидна, – возразил обвинитель.
Так из пустого в порожнее переливали еще полчаса, изображая работу суда. После чего суд удалился на недолгое совещание, где вынес вердикт.
– Суд признает всех фигурантов дела не виновными во всех выдвинутых обвинениях. – судья церемониально заверил заключение своей электронной подписью. – Подсудимые подлежат немедленному освобождению из-под стражи в зале суда.
Поле погасло, я поздравил своих товарищей со свободой. На нас с неудовольствием смотрели дружки порубленной гоп-компании.
