– Я достаточно эмоционален, чтобы игнорировать здравый смысл, когда он меня ставит в тупик. Хотя перепутье достаточно симпатичное.
– Это угроза? – спросила меня вторая коварно. Хотя бы в Силе они отличались.
– Не сегодня, – сказал я.
– Я так и думала, – ответила первая. Мне показалось, или немного разочарованно.
– Вы работаете в паре?
– Точно.
– Удивительно, – сказал я.
Работу навигатора нельзя было разбить на составные части и делать ее параллельно. Хотя на крупных военных судах и имелось зачастую несколько штурманов, они больше мешали друг другу, чем помогали. Хотя, возможно только близнецы могли работать в тесной команде, понимая друг друга с полуслова. И некоторых негуманоидных или роевых видов это тоже касалось.
– Где твой значок? Или ты из тех, кто избегает символов? Не носит флагов и гербов?
– Не успел еще прицепить, сегодня только результаты получил на руки, – я достал значок. Достаточно крупный и тяжелый в действительности. – Думаю, такой символ надо носить, он напоминает о важном, хотя и на первый взгляд незаметном.
– Внушает. Как ты это сумел? Я вообще не встречала зелтронов-навигаторов. Штурманы бывают, но не навигаторы. Выбирай уж нечто одно из этого – навигатор ты или зелтрон.
– Я уже полгода летаю в компании, которая ставит мне весьма сложные задачи. С ними либо станешь первоклассным штурманом, либо украсишь собой следственный изолятор. Хотя, зная характер моего капитана – скорее растворимся в пространстве без следов. Зато не сдадимся.
– И насколько долго ты уходил от погони? Каков твой рекорд? – подошел слегка покачивающийся мужчина в годах. – Привет, Аверна, привет, Пина. А где третья?
– Сэли? Как обычно, охотится со стаей гончих на незадачливых контрабандистов.
– Так насколько долго? – вновь он спросил меня.
– Пара дней. Привязался как-то целый фрегат. Навигатор на нём был хорош. Но ему было далеко до меня. Пока сбросил с его хвоста, сорок стежков сделал.
– Не впечатлил. Сорок - не пара сотен. Наверно скаканул вслепую, вот за тобой и не последовали.
– Ничего подобного. Я обыграл его попросту по счету. Каждый раз был быстрее.
– «Его», – недовольно сказала та, кого мужчина назвал Аверной. – Шовинист, может это была она?
Маловероятно, подумал я. Миксер генетики не склонен к деликатности с Х-хромосомами. Поэтому толковые навигаторы среди женского пола встречаются не чаще, чем теорфизики. Игра же в кошки-мышки - задача не из легких. Сбросишь с хвоста один корабль, а на месте выхода может поджидать уже следующий, пришедший по внешней коррекции.
– Фрегат? – фыркнул мужичок. – Какого типа?
– «Дозорный». Свежей постройки.
– О! Внушающий сачок для отлова стремящихся избежать встречи с правосудием, – сказала Пина.
– И с вооружением, неприличным даже для корвета. Говорят, его всучили Флоту прямо в зале Сената, в обход ведомства вооружений, – сказал я презрительно. Доктрина советского флота мне была ближе – ракет должно быть столько, сколько сможет войти на борт.
– Вместе с кучей прочего быстроходного хлама и обязанностью охраны границ от контрабандистов, – сказал мужчина.
– И ведь все равно бесполезно, – сказал я. – Вообще существует техническая возможность отловить всех контрабандистов?
– Без проблем, – сказал он. – Сенат раз сто предлагал ограничить быстроходность гиперприводов в зависимости от владельца. Частным лицам тихоходы, торговым консорциумам быстрее, а самые резвые – воякам. Тогда не будет ситуации, когда какой-то занюханный пират на своем полупустом корыте уходит от современного корвета, только что выпущенного с верфей Куата.
– Глупость, – сказал я. – Производители на это никогда не пойдут. Не раньше, чем Республику упразднят, а всю Галактику завоюет какой-нибудь безумный сит.
– Так-то оно так, но это единственный способ. Иных не предвидится, – пожал он плечами.
– О, сумасшедший Ромейро, – сказал мужчина недовольно, увидев зашедшего в бар человека.
– Мне сказали, что здесь бывают раз-два в жизни… – сказал я удивленно.
– Но некоторые бывают почти ежедневно. Особенно сбрендившие старики, прочно сидящие на тяжелых наркотиках.
Осмотревшись, я приметил немало декадентствующих навигаторов – это было крайне специфичное заведение, где первым делом предлагают съесть какую-нибудь цветастую таблетку и улететь куда подальше безо всякого гиперпривода.
– Я полагал, что квалификацию выше третьей необходимо подтверждать не реже, чем раз в пятнадцать лет. Вдобавок могут понизить и отозвать в определенных ситуациях, – сказал я.
– Только не внекатегорийную. Она пожизненная, – это немало раздражало не представившегося мужчину.
– Может, он и не такой сбрендивший? – спросил я его.
– Узнай у него сам. Он не в меру болтлив, – всплеснул мужчина руками.
– Рискну.
– Несчастный Ромейро. Совсем запутался. Хотя сначала и распутался для этого, – посочувствовала Аверна.
Я подошел к старику, севшему за один из множества свободных столов, сооруженных из какого-то индустриального мусора. Столешницей, к моему удивлению служила титановая крышка гиперпривода. Богато.
– Здравствуй. Меня зовут Олег.
