– Вот видишь, даже Олег говорит, что можно было разобраться с ними, – сказал Кейн.
– Риск слишком велик, – осадил я его. – И их возможно еще больше. Не только в этом номере.
– Тогда мы уходим, – сказал Травер.
– Есть одно… неприятное предчувствие. Они могут решить, что мы слишком много знаем. И что в нас слишком мало упомянутой тобой призрачной материи.
– Пока они будут думать, нас здесь уже не будет, – капитан ускорил шаг.
– Это непонятное чувство. Возможно, они действительно только думают об этом, – я шел с полузакрытыми глазами. – Они могут и передумать, а могут и напасть на нас. Как тогда, над той планетой, куда нас просили доставить известный минерал.
– Значит, тогда ты был не уверен? – спросил меня капитан ошалело.
– Тогда я был уверен. Но сейчас я понимаю, что не разобрался окончательно. Возможно, они только намеревались нас кинуть. Или напротив сильно сомневались, нужно ли это делать.
– И мы устроили им орбитальный ливень? – спросил капитан удивленно.
– Травер, ты слышал что-нибудь о концепции мыслепреступления? – сказал я ему.
– Так сейчас они думают, или уже решили нас прикончить? – резко спросил Кейн.
– Думают. Но возможно уже выслали группу перехвата на всякий случай.
Травер достал комлинк.
– Нейла, нас, возможно, хотят перехватить на выходе, прихватите с пилотом ту коробку из-под печенья, ладно? Нужны будут подарки. Печенье сойдет. И жди нас на парковке, – сказал он.
– Поняла, – ответила она.
Мы еще сильнее ускорили шаг, почти сорвавшись на бег. Кейн расстегнул застежки удерживающие магазины для пистолета. А я отчаянно пытался выбросить из головы мысли, как вышло так, что мы опасаемся нападения и при этом еще ничего не добились. Наверно по той причине, что не имели плана. Сделать заметку на будущее – всегда иметь план… Всегда иметь план! – я ускорил шаг, и ногу, пострадавшую ещё на Апатросе, пронзила боль – она до сих пор меня иногда беспокоила. А я так и не нашел времени хотя бы на неделю лечь в больницу.
– Бегом! – сказал я, почувствовав изменение в Силе. Каждый шаг отражался всё усиливающейся болью, пока ещё терпимой, но я знал – уже очень скоро игнорировать её не получится.
Капитан с людоедом побежали за мной. Но не к той парковке, в которой мы остановились в начале. Я не понимаю героев всех этих боевиков и прочая-прочая, которые умудряются слинять от погони, когда расположение их транспортного средства известно плохим парням; то самое место, где проще всего устроить засаду. Поэтому мы, двигаясь до этого вполне к тому месту, где оставили свои аэроспидеры, резко изменили направление движения. Ивендо с Нейлой, сидевшие в кабине, уже покинули пределы первой парковки. Теперь нам нужно было пересечься с ними на совсем другой парковке.
– Они купились? – спросил меня Кейн.
– Вполне. Но они следили за нами, и теперь они тоже бегут, – я взял паузу, чтобы не сбить дыхание. – Но они не знают, куда конкретно мы направляемся.
Мы сходу влетели в лифт, понесший нас вниз к уровню с парковочными местами, который открытыми окнами сообщался с внешним миром Шаддаа. Пока было время, надел перчатки и шлем.
– На выходе, – пробасил Кейн.
– Маловероятно, – сказал я, но тоже встал у самой двери с мечом наперевес. Капитан за нами. – По-моему, там внизу кто-то есть, но…
Лифт остановился, дверь распахнулась. Кейн уже занес меч, когда капитан заорал не своим голосом.
– Сто-ять!
Встали все. И я, и Кейн, и несколько уродцев напротив, просто хотевших попасть в лифт.
– В сторону! – гаркнул Кейн. У него это хорошо получается – глотка луженая. Но это лишь сильнее ввело в ступор съежившихся гуманоидов.
– Живо! – заорал за ним капитан, целившийся из-за наших спин по-македонски сразу из двух бластеров. Толпа замерла в оторопи, и капитан выстелил в потолок. Группа уродцев мгновенно освободила путь. Мы рванули вперед, но почти сразу замедлились – капитан опять не смог выдержать общего темпа.
– Вы... можете... поме... дленнее. – тяжело просипел за нами капитан, когда мы пробежали метров двести. Даже я не жаловался, хотя скрипел от боли.
– Бухать меньше надо, – сказал я. Кейн, грохочущий сапогами по пласталевому, как и всё тут полу, зычно загоготал.
С дальнего от нас конца коридора полетела плазма, но плевать мы хотели на столь неточный огонь. Стреляли с такого расстояния, что большая часть зарядов перфорировала стены коридора. Несмотря на погоню, пришлось бежать медленнее из-за выдохшегося вконец твилека. И моей ноги. Кейн машинально полез в пустой подсумок, но дымовых гранат у Кейна не оказалось – отобрали при входе.
