Ещё почти сутки в гиперпространстве не сделали меня ни спокойнее, ни добрее. В зеркале, подвешенном над раковиной, отражался какой-то злобный сит с белками, залитыми полопавшимися сосудами, с нездоровым цветом кожи и мешками под глазами. Нечёсаные пару суток волосы топорщились во все стороны, довершая портрет сумасшедшего навигатора. Подставив голову под струю холодной воды из-под крана, я попытался взбодриться, но всё без толку.
Оказало действие и снижение давления внутренней атмосферы корабля в два раза – Ивендо сбрасывал её уже полдня, сохраняя постоянным только парциальное давление кислорода.
Хриплой баньши завыла боевая тревога, и я покорно поплёлся в свою келью – надевать легкий комбинезон, способный защитить от вакуума при пробитии стенок отсеков и переборок. Зафиксировал себя ремнями в кресле, включил щиты, но пока не стал застегивать шлем с забралом, необходимый для герметизации костюма.
Мерцание. Выход. Ивендо вносит новую траекторию. Мы зайдем по широкой дуге, так, чтобы идти очень быстро относительно мишени, пока ещё не вышедшей из гипера. Но не слишком, чтобы успеть сделать пару выстрелов после того, как выпущенные загодя торпеды выведут из строя щит противника. Может статься так, что и насовсем. Так, что костей от наших чешуйчатых друзей не соберешь. Не то что груз.
Поэтому маневр был подобран с учетом ожидаемой энергии ракет по приходу их в мишень и ёмкости щита ящеров.
Ракеты можно пускать с любого ракурса и дистанции, но от этого зависит то, как долго они будут идти к цели и как быстро относительно неё двигаться на траектории[2]. Поэтому пуск эффективен только на определенных ракурсах и с большой дистанции. В противном случае ракеты будут сбиты или одурачены РЭБ. Из-за этого мы и вышли из гипера на достаточном для разгона удалении.
Все идёт отлично и заходим мы, как надо… Но на тактическом дисплее я вижу сотни актеров, непрошенных на этой сцене.
Я быстро изменил параметры сканирования, и узкий луч РЛС начал медленно выхватывать из пустоты всё новые ускоряющиеся НЛО[3].
Пассивная система, предупреждающая о радиолокационном облучении, совсем взбесилась, но я вынужденно отвлёкся от неё, с удивлением смотря на тактическую карту – наша РЛС захватила что-то невероятно крупное. Спустя миг точек стало ещё больше, РЛС начала сходить с ума и выдавать ошибки, теряя часть целей. Нас уже давили системами РЭБ. В ответ я перевел РЛС в помехозащищенный режим, увы, с ухудшенными характеристиками.
Полноценное сканирование нашей дохлой АФАР с частью выбитых элементов займет добрых полчаса. А у нас нет времени на осмотр местности.
Я увеличил голограмму с сотнями отметок. Носящиеся туда-сюда плотными ядрами крупные корабли пытались удерживать какое-то подобие ордера, ведя на ходу огонь, стаи мелких судёнышек, не лезущие под раздачу, прикрывали крейсера от истребителей, которых, кстати, с такого большого расстояния и видно не было.
Мелкие цели, с малой ЭПР… несколько корветов ошивались совсем близко к нам, в пятнадцати минутах полета. И они не отвечали на автоматические запросы.
– Тут война, Травер, – вышел я на связь. – Натуральная такая. И даже три линкора наблюдается.
– Линкора!? – возбудился Травер.
– Линкора? – гаркнул Кейн.
– Херня длиной с добрый километр, двигающаяся с явно охеревшим для её длины ускорением и светящаяся во всех спектрах, как красный карлик… – это может быть только линкор! – подтвердил Ивендо. – Я ставлю на ту сторону, у которой их пара штук, а не один недомерок. Размер, сука такая, имеет значение.
– Я вижу… и нас тоже. Хаттова мошонка! – выругался капитан.
Я глянул на всплывшие данные
– В чём дело? – спросил я.
– Со мной хотят выйти на связь обе стороны, – пояснил капитан.
– Ящеры воюют с кем-то ещё, – заметил Ивендо скучающим голосом. – Выбор невелик. И узнай, чьи это линкоры.
– Тут согласно справочнику вообще войны не должно быть! – сказал Кейн, «достучавшись» до нас из своего отсека.
– У нас нелицензионная копия. С юридической базой и сведениями о международных договорах, устаревшими на три месяца. Это, на мой взгляд, достаточно для начала мелкой войны. Или чтобы зажечь весь мир, – сказал я.
– У нас меньше десяти минут, – объявил Ивендо. – Мы вышли раньше «коробки» ящеров, придется болтаться здесь или сваливать.
Это я видел и сам. Капитан ответил на один из вызовов на закрытой частоте. Так, чтобы, нас не подслушивал кто попало.
– Свалить не выйдет, – застонал я. – Тут не гипер, а мешанина аномалий какая-то! Прыгнем наобум и превратимся в пучок энергии – тут считать надо.
– Какого хер… эм, что вы тут делаете!? Это - закрытое для гражданского судовождения область, – офицер-человек на связи был сильно не в духе. Голограмма подёргивалась, временами совсем пропадая. Нашей связи, похоже, мешали. Или в рубке у офицера действительно было жарко.
– Мы тут ненадолго. У нас претензии к одному кораблю ящерок, – разъяснил капитан.
