Под пласталевой крышкой с заплатой на оплавленном отверстии, пробитом выстрелом истребителя, умещался весь мой скарб:
Самым объемным был подогнанный под мою фигуру скафандр, даже в сложенном состоянии, со снятыми жесткими элементами, он занимал немало места. Лежал там так и не открытый мною голокрон и все прочие безделушки, включая агатово-чёрный кайбер-кристалл* с Апатроса.
Всё внутри было закреплено так, чтобы оставаться в сохранности при больших ускорениях, смертельных для человека, что съедало внутреннее пространство. Был и отдельный отсек со своим компенсатором – на тот случай, если в каюте, где хранится рундук, выйдут из строя штатные средства компенсации перегрузок. Поэтому размещение предметов в нём – непростое ремесло, которое при этом должен постичь каждый профессиональный космический скиталец.
Я не смог пронести бластерного оружия: его ношение в Кореллии требовало лицензии. Но и не чувствовал себя беззащитным – потрескавшаяся с глубокими выбоинами броня всё ещё была на мне, а на предплечье был закреплен массивный эмиттер военного щита. Верная сабля на поясе, шпага Ивендо с рапирой – в рундуке.
Прихрамывая, опираясь на напечатанную ещё на борту корабля трость, дошёл до парковки воздушного такси и отправился прямиком в храм Джедаев. Бегать от них можно было ещё долго, но чем раньше я рассчитаюсь по долгам, тем лучше. И чем раньше приступлю к своим поискам – тоже.
В Галактике сейчас неспокойно – странные и тревожные вести начали приходить с самых дальних и оторванных от цивилизации рубежей. Чего только стоила услышанная мной в кантине история, про то как целую тяжёлую штурмовую дивизию айлонцев, нанятую для разборок на какой-то забытой всеми богами планете, смешали с грязью за две минуты. Какая-то третья сторона – словно ради развлечения. Айлонцы – несомненно дикие животные, не видящие в своей убогой жизни никакой иной цели, как сражения на грани своих возможностей. Что-то и зачем-то кому-то или себе доказывающие. Но они отлично знали слово «дисциплина» и получали немалые деньги, умирая и исправно поставляя новых рекрутов для перманентно тянущейся за пределами Республики войны, комплектуя сильнейшие наёмные бригады в Галактике. Сражаясь за тиранов и за освободителей, за завоевателей и за мирные страны – за любого, готового заплатить им звонкую монету. Вернее, увесистый кредит.
Но две минуты… Говорят, с окраин Галактики вернулись ушедшие в никуда после своего поражения сражавшиеся за Экзара Куна кочевники-мандалорцы. Жители диких окраинных миров, а то и просто межзвездной пустоты, ведомые новым вождем. Если это было правдой – то где-то вспыхнет новая кровопролитная война. Эти дикари жили только войной и грабежами, не имея развитой промышленности, постоянных поселений или известных баз – приходя из пустоты космоса только для того чтобы жечь и убивать. Хотя, вероятнее всего, об их базах не было никому известно, как и о иных делах. Учитывая замкнутость их общества, неудивительно, что они не делились своими гиперпространственными маршрутами с посторонними.
Приближение к Храму джедаев, или вернее, офису, учитывая местную специфику, я ощутил в Силе до того, как об этом мне напомнил автопилот спидера.
Сосредоточение чужой воли из-за чуждости стремлений пытавшейся размыть мои собственные установки. Были тому виной свойства Храма или моя тотальная неспособность ограничивать свои желания в Силе? – я до конца решить не мог.
О своём прибытии я заранее по «телефону» известил мастера Боду, и он предупредил лиц на проходной в джедайскую крепость, прячущуюся под цивильным фасадом.
«Телефоны» и сотовые операторы как таковые, в Галактике мне ещё ни разу не встретились. Для общения использовались стандартизированные протоколы, как защищенные шифрованием, так и нет. Подобные нашей электронной почте, только куда более гибкие и включавшие в себя все известные способы передачи любых цифровых данных.
Разумеется, все они были «защищены», но ключи при этом могли находиться в чьих-то ещё руках кроме непосредственно участвующих в переговорах. Например, у государства, контролирующего сети. Поэтому-то я и не считал такую связь безопасной.
Начиная жить как законопослушный гражданин, я даже завёл совершенно официальный привязанный к моему паспорту номер для связи. Самый надежный способ связи, если забыть о дани за эту «надёжность». Для входа в этот аккаунт я должен был пройти многофакторную авторизацию, используя свой паспорт, помещённый в специальный разъём, и отправив кое-какие данные биометрии для подтверждения своей личности. Но это было не всё.
