Рекогносцировка Пола позволила заключить, что прорываться надо через помещение, охраняемое часовым сверху. Соседнее строение с зенитными установками, скоре всего, склад оружия. Под посадочной площадкой для вертолетов располагаются скот, склад продовольствия, кухня и другие подсобные службы. Основной вход вглубь горы через охраняемое квадратное здание. Судя по размерам, - это тамбур, где может разместиться до двадцати человек охраны. Там и надо прорываться. Началом операции Пол определил окончание сумерек и наступление ночи. Как только глаз перестанет различать белую и черную нитки, - сразу вперед.
В глазах двух арабов после решения Брэйера появилось ощущение обреченности: втроем атаковать крепость, набитую вооруженными людьми, могли только сумасшедшие. Возможно, они проклинали тот день, когда согласились идти в группе с неутомимым как рысь громадным русским и маленьким, но столь же выносливым то ли англичанином, то ли американцем. Усталость и страх не лучшие союзники в достижении любой цели.
Но когда Пол спросил, есть ли возражения, они промолчали. Задача охраны тропы оставляла малую, но надежду на спасение. Все-таки военный вертолет за горой будет ждать команды сумасшедшего начальника. А это уже шанс. Не согласился один Умар аль-Фадл.
- Николай не сможет незаметно пробраться куда надо. При свете вечера его заметят, - он слишком большой. Ночью, - сам не сможет, нет тренировки в лазании по скалам. Умар аль-Фадл знает что говорит, вся его жизнь прошла в горах. Будем делать немного по-другому.
- Как же по-другому? - заинтересовался Пол, сжимая в пальцах две нитки, белую и черную.
Горец-пчеловод засунул руку за пазуху и вытащил моток тонкой веревки, снабженной с одной стороны крючком в виде двухлапого якоря, с другой - кольцом.
- Я видел наверху хороший выступ. Пройду туда и закреплю веревку. Кольцо остается у Николая, он ждет на площадке, где мы были втроем. Мы с ним натягиваем веревку и по моему сигналу, - я дерну три раза, - Николай прыгает на крышу рядом с часовым. Длину веревки я рассчитаю точно. Белая и черная нитки у меня тоже есть. Ты, старший, будешь наблюдать с места прыжка.
Пол на мгновение задумался и спросил:
- Веревка надежная?
- Такие веревки использовали мой отец и мой дед. Не было случая, чтобы они подвели. Одна веревка служит целую жизнь. Мы делаем их сами.
- Как ты, Николай? Цирковой номер, и без подстраховки!
- Умар аль-Фадл прав. Без его помощи... Я не уверен, что смог бы без шума. В подготовке пробелы, - альпинизмом не занимался.
Брэйер молча принял сожаление о "пробелах в подготовке" на свой счет и поинтересовался личным оружием каждого. У Тайменева, кроме десантного ножа и автомата, не было ничего. Умар отказался от огнестрельного оружия. Кривой широкий горский кинжал на поясе заменял ему все средства нападения и защиты.
Брэйер достал из внутренних карманов своей куртки два матерчатых мешочка, один протянул Тайменеву.
- Новинка. Шарики, взрываются через секунду после резкого броска. Лучше любых гранат. Берешь горсть и бросаешь. Сам - в укрытие. Автоматы со всеми магазинами оставляем на прикрытие тропы.
Все участники ночной операции заняли места по расписанию Брэйера. Тайменев проверил крепость и натяжение веревки, поверил в ее надежность и который уже раз мысленно повторил прыжок-перелет со скалы на крышу здания внизу-впереди. Часовой на крыше стоял, разглядывая темнеющие силуэты гор на противоположной стороне ущелья. С трех остальных направлений он мог видеть только голые близкие скалы, поднимающиеся в чернеющее небо.
Пол изредка посматривал на нитки в руке, продолжая исследовать вид горной крепости, пытаясь представить ее внутренности.
- Любопытно, чем они освещают свой дворец? Кабель - нереально. Или дизель в глубине горы, или аккумуляторы. А может быть, небольшой реактор, - прошептал он, отвлекая Тайменева от очередной мысленной репетиции.
Николай не успел собраться с ответом, как его рука, протянутая в кольцо, трижды дернулась. Он оглянулся на Пола, заметившего сигнал. Тот в недоумении пожал плечами, - до полной темноты оставалось где-то полчаса. Следовательно, изменилась обстановка и Умар аль-Фадл с высоты отметил это. Тайменев пристально всмотрелся в поведение часовых, - они вели себя по-прежнему. Внезапно Брэйер тронул его за плечо и указал рукой на скалу метрах в тридцати выше часового на крыше.
Тайменев увидел засветившуюся в каменной стене точку, заметно усиливающую свечение и расширяющуюся.
- Неужели прожектор? - спросил Пол, - Но если так, Умар не стал бы торопить...
- Это не прожектор. Начинает светиться камень. В этой стране что ни шаг, то чудеса, - отозвался Николай, - В игру вступила третья сила. Умар прав, мне пора. Вспомни о черном камне... Я пошел.
