Или же происходящее означало: его партнер, - великий мастер, скрывающийся за скромной внешностью, как неотразимый кинжал ниндзя в невидной черной личине ножен. "Но ведь я занимаюсь борьбой более двадцати лет! Как я позволил себе не выявить скрытого если не сразу, то через секунды после начала схватки?"
Да, фирма, в которую Николай Тайменев вступил с легкой руки Пола Брэйера, организация серьезная и к тому же любит сюрпризы. Тот же загадочный Скиф, - человек неопределенной национальности в арабских одеждах. Что он, не мог объяснить популярнее? Ведь, в конечном счете, - в том Николай уверен, - он вполне мог бы противостоять и непобедимому Скифу. Быть тренером и быть бойцом, - не совсем одно и то же. Ну да ладно!
Неутомимый Живчик между тем усиливал напряжение, совершенно исключив паузы между атаками, ударами, ложными выпадами...
Все! Хватит! Пора давить! Отбросив максимы спортивной этики, Тайменев собрал все силы в единое усилие, чтобы нанести настоящий боевой, а не предупреждающий спортивный удар, - смять наконец противника в тряпочный мешок! Но усилие не завершилось: острая резь в глазах заставила уйти в защиту. Одна рука перед головой, другая прикрывает живот, и кружение... Спасение в ногах.
"Песок! Подножный, мелкий, наполовину из пыли песок! - мелькнула догадка, - Запрещенный прием. Дьявол!" И тут Тайменев получил сильнейший удар в бедро, заставивший потерять ориентацию. Целил-то Живчик в другое место, конечно, да не попал. Не зря Николай изучал кружение по системе айкидо. Но зрение потеряно минимум на минуту, и теперь он, - мышь перед котенком. Убить не убьет, съесть не съест, но потешится!
Так и есть: правая рука, прикрывающая голову, застонала от боли. Живчик упал сверху, всем своим весом добиваясь двойного перелома, в локтевом суставе и в кисти. Пришлось напрячься, чтобы удержаться на ногах и спасти правое плечо от растяжения сухожилий и разрыва мышц.
Острая боль заставила забыть все правила и ограничения. Подвесив противника на руке, Николай прикинул положение надоевшего ему организма, левой рукой схватил обе руки Живчика и, ускоряя его падение, освободившееся правое предплечье перевел под его нижнюю челюсть, приготовившись коленом через мечевидный отросток вжать того в песок. Доля секунды, встречное движение руки, и от Живчика останется только имя!
Запоздавшая злость! Сознание пропустило обидную мысль: а если бы у Живчика был союзник? Что тогда?
От развязки, грозившей либо переломом шейных позвонков, либо трещиной грудной кости, спас Живчика повелительный возглас Скифа, вернувший Тайменеву способность соображать.
Он лежал на спине, покачиваясь на волнах. Море успокаивало, готовило к разговору со Скифом.
Живчик исчез, на берегу Николая ожидали двое: тренер с незнакомым крепышом. Оно и лучше: Николай на представлял, как вести себя рядом со злым тигренком в шкуре мыши, не признающим правил, готовым использовать любой шанс и не прощающим ошибок. Такие способны на все в закоренелой беспощадности.
Готовясь к нелицеприятной разборке, Тайменев смотрел в лицо Скифу, стараясь не глядеть на его спутника. Внешность неприметная, а как похож на Живчика! Особенно губы: сухие, тонкие, бледные.
- Ни один шварценеггер не исполняет самолично трюки в кадре. Это задача дублера, каскадера... Главное делает профессионал.
В голосе Скифа не слышалось насмешки, и Тайменев понял, что разбор будет деловым.
- Ты же выступил в роли бравого молодца, экранного героя, способного обмануть неискушенного зрителя, стоящего вне кадра. Уверен, что знаешь, но не лишне напомнить... Любой вид единоборства имеет три ступени: общеразвивающая, спортивная и боевая. Ты, - на второй ступени. А по мастерству и опытности должен бы обеими ногами крепко стоять на высшей. Что я увидел? Я увидел человека, способного по степени владения базовой техникой и таланту импровизации успешно справляться с противником, вооруженным чем угодно. Сегодня этот человек не смог победить безоружного и более слабого.
- Я это заметил, - сказал Тайменев, - Но Живчик, ваш спарринг-сюрприз, вовсе не новичок. И тоже не без актерских замашек.
Скиф улыбнулся, раздвинув толстые губы и обнажив крупные желтые зубы. Блеснула золотая коронка.
- О да! Живчик, как ты его интересно назвал, может многое. Мы прибегаем к его услугам в очень редких случаях. Ценный работник. Не знаю, когда тебе придется встретиться с ним еще... Но через пару месяцев наш молодой коллега справится без труда с несколькими такими Живчиками одновременно, - Скиф снова улыбнулся, повернув голову к соседу.
Тайменев не отрывал взгляда от тренера и не видел реакции крепыша в костюме, столь чуждом тонувшему в зное пустынному побережью.
- А теперь продолжим. Это наш первый и последний разговор. Инструктажи и разборки нам не нужны, они, - удел слабых. С завтрашнего утра: работа до изнеможения. Так?
- Так, - отозвался Николай.
Стало ясно: он в крепких руках.
