Я так привыкла, что на меня уже давно повесили ярлык старой девы, что словосочетание «юная девушка» из уст магистра, сбивало с толку даже больше этого его раздражающего «моя дорогая» отказываться от которого он категорически не желал.
В подтверждение слов магистра, на мостовую за окном упало несколько больших капель. С каждым мгновением дождь только усиливался. Совсем скоро он яростно барабанил по красивому газону, булыжникам мостовой и выложенной разноцветной плиткой, недлинной дорожке, ведущей к крыльцу.
Из этой части города до пекарни было не меньше тридцати минут пешком, и я малодушно сдалась, принимая предложение магистра.
Тогда мне казалось, что ничего страшного не произойдет, если я воспользуюсь его помощью…
Когда карета подъехала к дому, магистр изящным жестом предложил мне первой покинуть этот дом. Я вжала голову в плечи, готовясь промокнуть под сильным дождем, но ничего не произошло. Над головой будто кто-то раскрыл невидимый зонт.
Правильно поняв мою заминку, магистр снисходительно улыбнулся.
– Это магия, Шана. Если бы ты не скрывала свой дар и поступила в академию, умела бы не только приказывать огню…
– Если бы я не скрывала свой дар, уже давно оказалась бы женой какого-нибудь подсуетившегося толстосума, желавшего заиметь в своем роду мага, и вынашивала бы его ребенка. – закончила я за него, и передернула плечами. Перспектива ужасала.
Пусть некоторым магиням везло и их действительно отправляли в академию учиться, большинство из девушек все же вынуждены были поспешно выйти замуж за тех, кого им выбирал совет магов.
И зная свою чрезвычайную неудачливость, я была уверена, что меня ждал именно второй вариант.
Пока мы шли от дома до кареты, я несколько раз обернулась на окна гостиной, где остался Винслоу. Магистр проследил за моим взглядом.
– Тебе не о чем переживать. Уже к вечеру они забудут о том, что видели нас и заживут привычной, скучной жизнью… Возможно, несколько дней будут страдать от мигреней. Не более.
Меня его слова не успокоили. Напротив, заставили беспокоиться еще больше. Не в силах отделаться от мысли, что могла бы оказаться на месте Винслоу, я совсем не обрадовалась, узнав, что скорее всего даже ничего не вспомню, если вдруг все же окажусь под ментальным воздействием.
Забираясь в карету, я со странным чувством обреченности поняла, что забытые боги, со всей их разрушительностью, пугают меня куда меньше худого и усталого мужчины в строгом костюме.
Погода в столице стояла по-летнему жаркая, но за все те дни, что мы виделись, он ни разу не позволил себе сбросить пиджак или расстегнуть верхние пуговицы рубашки. Верхом его расслабленности было повесить профессорскую мантию на спинку стула и слегка поддернуть рукава.
Казалось, этот человек постоянно мерз.
Сейчас же, когда из-за грозы на улице похолодало, это стало особенно заметно. Магистр, не отдавая себе в том отчета, за время нашей поездки, то и дело начинал растирать руки, будто желая их согреть.
Я вспомнила холодные ладони Йена и его насущную потребность в человеческом тепле. Раньше я об этом не задумывалась, но сейчас осознала, что это, все же, вовсе не прихоть, как мне порой казалось, а особенность альсов. Особенность, доставляющая им кучу проблем, судя по всему.
И пусть я сочувствовала магистру, но ни за что в жизни не прикоснулась бы к нему добровольно.
Долгое время мы ехали в тишине, пока он не сдался своему любопытству.
– Что беспокоит тебя сейчас?
Ответила я не сразу. Не была уверена, что его стоит посвящать в мои сомнения, когда я могла спросить обо всем Йена…
Вот только Йен не любил говорить об альсах, и он сейчас был далеко, а магистр сидел напротив меня и выглядел готовым к беседе.
– Этот Винслоу, он такой… – я замялась, стараясь подобрать правильное определение, тому слабому, податливому и мягкому телу, которое совсем недавно держала в руках, – безобидный. Как ему удалось провернуть все это с господином Грэхэмом?
Магистра мои слова развеселили. Кажется, у меня был какой-то бесполезный дар поднимать ему настроение…
– Видишь ли в чем дело, Шана, в человеческое общество, как правило, вводят послушных и в некоторой степени глуповатых альсов, которыми главам общин будет легко управлять, но, в то же время, которые без присмотра не натворят глупостей. Они не должны быть сильными, они должны быть покорными. Разумеется, возможны исключения, как наш хороший друг Йен. Но таких немного. И, ты можешь видеть, к чему это порой приводит.
Я действительно видела. Йен не стал подчиняться, отказался пробуждать забытых богов и даже собирался остановить других альсов, посланных с тем же приказом, что дали и ему.
Если задуматься, только исключения из правил до этого дня я и знала: ослушавшегося альсов Йена, и сбежавшего из общины в достаточно юном возрасте магистра…
Карета притормозила напротив дверей пекарни.
Я скомкано поблагодарила магистра и раньше, чем он успел что-то сказать, распахнула дверцу и вывалилась под дождь. На меня не упало не капли, но поняла это я уже когда оказалась под навесом и схватилась за медную, дверную ручку.