– Это всего лишь обручение. – попыталась я его утешить. – Ничего страшного не произошло. Тебе не о чем беспокоиться. К тому же, не забывай о том, что мы обсуждали тогда в карете.
Кел вспомнил. И огорченно
– А что вы обсуждали в карете? – полюбопытствовал Йен.
– Что я хочу пригласить тебя на Праздник Луны, когда все закончится. – отозвалась я, утаив некоторые детали. Пусть я ему уже признавалась в любви, но делать это снова в присутствии брата и герцога было слишком неловко.
– Полагаю, с делами мы закончили. – решил герцог, когда тишина несколько затянулась. – В таком случае, почему бы нам не выпить чаю? Дорогуша, сопроводи меня в гостиную.
***
Келэну понадобилось немного времени, чтобы смириться с моим обручением. Его сильно потряс вид кольца на моем пальце. Успокоился брат только после того, как понял, что меня происходящее нисколько не волнует.
Я не чувствовала себя пленницей в новом статусе. Для меня это значило лишь то, что мы с Йеном теперь не расстанемся. Но я и не думала его покидать. Поэтому кольцо на пальце не ощущалось неподъемной тяжестью, а статьи в газетах, появившиеся при непосредственном участии Йена не вызывали желания спрятаться от всего мира в спальне.
Сначала всем стало известно, что юный наследник Оркена выбрал себе в жены простолюдинку, и я была уверена, что в непринужденных беседах обо мне было сказано много плохого. Но через пару дней вышли новые статьи, в которых говорилось, что я магиня. И это все меняло. Я могла отслеживать настроение горожан и гулявшие по улицам сплетни, по тому, как на меня смотрела Амелия.
Пока обо мне злословили, она выглядела виноватой и не упускала возможности заметить, как же сильно рада, что именно я стану хозяйкой дома. Когда же меня назвали магиней, Амелия повеселела и больше не прятала глаз в моем присутствии.
С Тецией было сложнее. Она стыдилась того, что я знала о ее влюбленности в Йена и старалась не попадаться мне на глаза. Так Теция пряталась от меня некоторое время, пока я не загнала ее в угол и мы не поговорили.
Мари просто тихо радовалась за меня, в своей неповторимой, робкой манере.
Недовольной была только малышка. Об этом я узнала после того, как нашла ее в оранжерее, на привычном месте. Она сидела в сумерках и смотрела, как ярко белеют пушистые, снежные хлопья в подступающей темноте.
Я не отказалась от идеи и дальше подкармливать малышку сладким, хотя бы раз в неделю. Это была наша маленькая тайна.
– Тебе не по душе, что я выйду замуж за Йена? – спросила я прямо, протягивая ей сверток. Малышка покосилась на меня, она никогда не произносила этого вслух, но стоило ее немного узнать, как распознавать настроение и эмоции малышки становилось не так уж сложно. – Ты выглядишь недовольной.
Она пожала плечами. Зашуршала бумагой.
– Ничего хорошего от альсов ждать не приходится. – только и сказала она. Равнодушно, будто повторяя заученную фразу. Возможно, это часто повторяла ее мать, пока малышка не оказалась совсем одна на улицах столицы.
– Тебе не нравится Йен?
Малышка покачала головой. И тихо произнесла.
– Нет. Просто ты мне нравишься больше.
Я хотела ее обнять, но сдержалась. В отличие от Йена, она не очень любила неожиданные прикосновения. Казалось, в чужих объятиях она чувствовала себя как в западне. Поэтому я лишь потрепала ее по волосам.
– Ты мне тоже нравишься.
И именно поэтому я уже начала готовить почву для ее будущего. Настаивала, чтобы малышку отправили в школу. С ее знаниями, она легко смогла бы подтянуться до знаний, требуемых от детей ее возраста.
Но самое главное – ей нужно было имя. Нужны были документы, в которые ей можно будет вписать когда и чьим подмастерьем она стала. Я хотела сделать ее будущее безопаснее и определеннее. Но на это требовалось время.
– Шани. – голос Йена разнесся по оранжерее.
Малышка невольно вздрогнула и с осуждением посмотрела на меня. Мы обе знали, что в это тихое и уютное убежище неспокойный альс пробрался по моей вине.
– Не буду тебе мешать. – я пригладила волосы на ее голове, которые сама же совсем недавно растрепала, и поднялась.
Вышла к Йену бредущему мимо зелени, чтобы убежище малышки и дальше оставалось для нее надежным и комфортным.
– Что-то случилось? – спросила я, подхватив Йена под руку и поворачивая его обратно к стеклянным, двустворчатым дверям. Справа привычно царила темнота, слева – сиял мягкий, теплый свет. – Зачем ты меня искал?
– От совета пришло официальное приглашение. Завтра нас ждут в цитадели.
– А я так надеялась, что они обо мне забыли. – тихо вздохнула я. Бездействие главы совета первые два дня пугало меня, но потом я просто решила забыть о нем.
По мере того, как в газетах образ невесты юного наследника Оркена, становился все четче и приобретал детали, в особняк начали приходить письма от леди из знатных семей.
Я не дебютировала, и не была представлена высшему свету, но и аристократкой я не была, что никак не вписывалось в привычный мир знати. Вероятно, меня бы просто игнорировали, не окажись я магиней.