– Ну, допустим, это сработает. Как вы собираетесь контролировать ситуацию? Вы говорили, возможны осложнения?
Профессор слегка помялся и, словно извиняясь, произнёс:
– Для верности я бы отправил с ними человека. Пусть он за всем проследит.
– Это правильно. Заодно, протестирует действие вашего препарата. У меня возникла такая идея: помните пару недель назад произошло покушение. Следствие не дало результатов. Так вот, а что, если вашему вундеркинду подбросить гильзу?
– Попробовать можно. Но я не надеюсь на столь быстрый результат. Должны произойти некие преобразования в нервной системе. Понимаете, это будет уже немного другой человечек, – сияя улыбкой, сказал Пётр Вениаминович. – Кстати, а как вы хотите всучить ему гильзу. Ведь у мальчика, предполагаю, разовьётся сверхчувствительность?
– Будем ориентироваться по ситуации, – ответил Владислав Аркадьевич. – Если фокус удастся, нам гарантировано дополнительное финансирование. Это уже будет признанный факт. Однако вернёмся к технической стороне дела.
– Да всё очень просто. Сначала он должен принять пилюлю, а затем – внутривенный укол. Идеальный временной отрезок между этими процедурами – один час, – легонько постукивая тростью, пояснил Пётр Вениаминович. – Позвольте пригласить Громову. Я бы хотел провести инструктаж в вашем присутствии.
В кабинет вошла коротко стриженная молодая женщина, одетая в строгий тёмно-серый костюм. Поздоровавшись, присела на стул, внимательно посмотрела на Петра Вениаминовича, после чего перевела взгляд на Владислава.
– Танечка, вы уже в курсе дела? – спросил он, заметно смутившись под её металлическим взглядом.
Громова кивнула.
– В самолёте вы будете сидеть рядом, это мы устроим. Но в контакт надо войти ещё в аэропорту. Значит так… – Владислав Аркадьевич замялся, подыскивая слова, и повторил: – Значит так. Внешний вид должен быть броским, заметным. Этакая модница. Белый костюм. Парик. Можно и ресницы приклеить. Знаете что, зайдите в 222 – это на третьем этаже. Там у нас и стилисты и парикмахеры. Они помогут.
– Это обязательно? – спросила Громова.
– Обязательно, Танечка. Яркая внешность – это наживка. Вы должны войти к ним в доверие. А на мужчин действует именно внешний вид.
– Простите, что перебиваю, – вмешался Пётр Вениаминович, вынимая из портфеля шкатулку и подавая её Громовой. – Самое главное, дать эту конфету за минут пять до вылета. От пункта «А» до пункта «Б» самолёт летит сорок пять минут. Ели он ее не съест, следующая процедура бесполезна.
– А вдруг он не захочет? – спросила Громова.
