taputaro@ibm.net, 19/11/98 8:10, одеяло
Кому: taputaro@ibm.net
От: ckraus@pacbell.net
Тема: одеяло
Дорогой Африка,
Прямо сейчас я лежу в подвале на полу, укутанная в одеяло, руки связаны, но я на вершине блаженства, максимально открыта, потому что только что кончила два или три раза, пока ты безраздельно надо мной доминировал. Ты говорил таким внятным, заземленным и четким голосом, что я могла за него зацепиться, покидая границы своего тела. Пока ты не взял пластиковую розгу, не хлестнул меня по груди и животу, не развернул стул и не отшлепал меня по заднице и плечам, я до конца не верила, что тебя правда интересует БДСМ. Думала, ты просто играл со знаками. Я дышу неровно, прерывисто. Буквально два дня назад я записала в дневнике, что согласна с философом Мишелем Фуко в том, что сексуальность — не самая интимная, не самая определяющая нас вещь. Рассуждая об актерстве, я сказала «жест», но сейчас я потрясена и уже не так уверена.
Одеяло колючее, пол в подвале твердый.
По глупости я так сильно ерзала в своем коконе из одеяла, что перестала прислушиваться к твоим шагам. Лифт приехал, двери открываются, двери закрываются. Его механический гул постепенно затихает, совсем как гонг в дзендо у Питера в Сагапонаке[21]. Теперь я не знаю, где ты, и ничего не вижу, потому что одеяло закрывает мне глаза.
А еще мне просто очень грустно — я остро чувствую себя брошенной, уязвимой. Словно мир плоский, а за его пределами — гиперпространство непроходимой эмоции с грустью в сердцевине. Я знаю, что можно уйти и не вернуться; я не знаю о тебе ничего — ни где ты, ни кто ты.
Вот две вещи, которые мне удалось вывести: 1) ты не умеешь долго удерживать внимание на чем-то одном; 2) однако, если твоим вниманием удается завладеть, ты невероятно внимателен и отзывчив. Как эти склонности влияют на вопрос безопасности в БДСМ: может ли доминант вообще оставлять сабмиссивную партнершу одну?
Потом я слышу, что лифт снова едет вниз. Двери открываются. Когда ты поднимаешь меня прямо в одеяле и вносишь в лифт, я понимаю, что никогда этого не узнаю.
Снаружи трепещут листья эвкалипта. Я тянусь к тебе, через одеяло упираюсь руками тебе в грудь, вылетают какие-то слова, но ты говоришь: «Чшшш». Ты идешь через парковку к машине, кладешь одеяло (меня) в кузов, захлопываешь дверь, и поехали!..
В следующей сцене мы сидим на ступеньках в Гриффит-парке. Перевалило за полночь, и ты дал мне какую-то одежду. «Ты должна сказать мне сейчас, — говоришь ты, — хочешь ли ты продолжать». Я киваю и даже краснею. «Хорошо, — говоришь ты, — тогда правила будут такими:
1. В разговоре со мной ты можешь использовать только двусложные или односложные слова, и только если ты получишь на это разрешение
2. Ты будешь кончать в течение пяти секунд после соответствующего приказа
3. Тебе нельзя кончать или трогать меня, не спросив моего разрешения
4. Я буду наказывать тебя за каждое нарушение правил…»