Эта новость явно поубавила задора в глазах, но почти тут же решено было не отчаиваться и таки провести эту пару дней в качестве празднования по прибытию Гордыни. Из-за его, в очередной раз, разыгравшейся настойчивости его пришлось поначалу привязывать к мягкому креслу рядом с чайником, но со временем он таки смирился. На своих условиях. Так как остановить его никто не мог, то по итогу все весело провели время не только во время основной церемонии, но и во время её подготовки.
В те дни, когда он лежал на своей кровати и слышал приятное похрапывание со стороны спальни Обжорства, то для него оно казалось убаюкивающей мелодией, а милая плюшевая игрушка, что Страсть когда-то ему «отдала на хранение» навевала приятные воспоминания. И как сильно он бы не хотел именно в эти дни не спать как можно дольше, но родное место и накопившийся приятный расслабляющий поток усталости так и тянули в сон. Да, кровать уже была слегка маловата, а в комнате было слегка прохладно, но почему-то даже глядя на пустую стену напротив, что он успел уже за столь долгое время пребывания здесь множество раз упорно просверлить глазами, ему казалась эта атмосфера в разы приятней той, что была навязана ему в лаборатории.
И ведь с точки зрения логики это было совершенно неочевидно, однако Гордыне и не нужна была логика в данном вопросе. Он итак знал окончательный ответ. Жаль было только, что ему придется еще на какое-то время покинуть это место. Однако сейчас он чувствовал, что сумел обнаружить магию не только в себе, ибо знал, что до тех пор, пока семья грехов будет с ним рядом, то даже голая земля покажется ему мягче и приятней любой набитой пухом и перьями кровати. Это было первое его заклинание, которое он усвоил, хотя оно и не имело никакого отношения к манне или магии. И именно благодаря нему он надеялся окончательно кое-что изменить. Что-то, что уже давно не давало ему покоя, что выводило его из себя. И пусть сейчас он еще не знал, как это сделать и возможно ли вообще, однако эта цель дала ему новую причину вернуться в лабораторию, а потому он более не намерен быть там простым подопытным на поводке Адама. На этот раз он и сам планировал на счет своего пребывания.
Вот так просто взять и по своей воле вновь вернуться к Адаму оказалось непросто. Даже учитывая продуманный в голове Гордыни план. Но, видя схожую грусть на лицах своих родных, он решил, что не позволит и им унывать, а потому ушел с широкой улыбкой на лице и обещанием вернуться.
– Ты погляди, сам вернулся! Быть такого не может, неужели я сплю? – только-только Гордыня успел себя кое-как убедить, что может всё не так и плохо, как очередная встреча с Адамом сразу убила в нём весь этот настрой – Блин, придется-таки дать этим выскочкам пару дней отпуска и освободить от ответственности, раз тут такое дело, ха!
– Обязательно всё это шоу устраивать?
– А вы только посмотрите! Стоило ему только сгулять домой, как он сразу за словами следить перестал! Ох, и дурной пример они там тебе подают! – все никак не унимался настырный ученый – Ну что, готов и дальше со мной сотрудничать?
– И насколько мне из-за тебя тут еще придется задержаться?
– Три месяца максимум! – говорил Адам однако так, что становилось понятно, что это был самый минимум – Но в этот раз никаких более скучных испытаний с кувшином! Он и меня замучил, а потому я решил его выбросить. Теперь начнется настоящее дело, но, предупреждаю сразу, тебе придется постараться слегка больше чем обычно. Конечно, ты можешь просто провалять тут дурака какое-то время и уйти. Но если мы сработаемся, то ты и уйдешь раньше и станешь в разы круче!
– И с какой стати я вновь должен верить твоим словам? Ты уже говорил мне всё то же самое пару месяцев назад!
– Хорошо, хорошо! В этот раз, если ты вынужден будешь задержаться здесь на время большее чем три месяца без своего согласия, то я поделюсь с тобой кое-какими ценными данными! Точнее, я тебе вообще всё вывалить могу, что знаю, даже рассказать о том, что задумал.
Хоть Адам и делал явные акценты на определённых словах, дабы показать, что ему это может быть небезразлично, но Гордыня всё равно четко понимал, что на самом деле это все лишь очередная игра. Видимо, Адам просто не может себе отказать и немного поиграть с теми, кто открыто выходит против него. Вот только если он на самом деле считает, что это хоть как-то повлияет на решимость Гордыни, то сильно ошибается.
Первая неделя после возвращения прошла на удивление спокойно: никаких особых новых тренировок, которые Адам упоминал, еще не появилось. Лишь уже давно ему поднадоевшие постоянные проверки показателей здоровья и простейшие упражнения, которое Гордыня давно уже освоил.
