– С подачей воздуха все в норме, хотя запаса осталось всего на пару часов. Похоже, его система связи накрылась, – выдала, спустя пару мгновений, и потянулась к вшитому в перчатку напульснику с системой диагностики скафандров. – Сейчас попробую восстановить.
Пока она возилась со скафандром ассасина, мне пришло на ум, что кое-кого в нашей компании не хватало.
– А Даза где?
Роботесса, будто только того и дожидалась, вплыла обратно в сферу через проход, где предварительно и скрывалась от вероятной угрозы. В наушнике заскрипел голос паучьей королевы:
– Только не говори, что беспокоился о Маме Курте.
– Не скажу.
Паучиха фыркнула, я оттолкнулся от стены и поплыл к Туори с Райтом, чье уже совместное молчание настораживало.
– Мина? Ну что там? Если так не починить, то лучше вернемся на корабль. – Зависнув в метре от пары лейров, я не сумел отказать себе и не полюбоваться тем, что осталось от саркофага первого лейра, – фрагментами каменной крошки, дрейфовавшей в невесомости. – Все равно нам здесь больше нечего делать.
Я понимал, что испытывать облегчение в такой момент было не только неуважительно к поступку и памяти Ра, но и просто неуместно. И все же не мог заставить себя переживать по-настоящему. Как будто в жизни настал момент, когда была достигнута некая метка, дальше которой стрелка внутреннего тревогомера попросту не могла двигаться. Я был измотан и морально и физически, но отсутствие боли, включая ставшее привычным жжение, а также осознание факта, что мои тело и разум теперь принадлежат лишь мне одному, не могло не радовать. Хотя бы чуть-чуть.
Сделав короткий вдох и убедившись, что запаса кислорода с лихвой хватит, чтобы добраться до катера, я прибавил:
– Ну что, разумники? Погостили и хватит?
– Так скоро? А я думал, вы задержитесь.
В тот же миг я почувствовал, как тысячи ледяных ножей воткнулись мне в сердце. Я остолбенел. Воображаемый тревогомер взорвался нахрен. Насмешливый старческий голосок, что раздавался в моем наушнике, не мог принадлежать ему. Просто не мог!
– Почему ты до сих пор не сдох?! – прорычал я и попытался определить, источник сигнала. Неужели он все еще внутри моей головы?!
– А ты думал, твоя ничтожная подружка способна представить серьезную угрозу? Что ж ты за дуралей-то такой наивный?! Да от нее и так меньше чем ничего оставалось, а теперь так и вовсе… пуф! Нету больше славной Квет Ра. Ну, ничего, мы обязательно помянем ее, как только я разберусь с Обсерваторией!
Я все еще возился с системой связи, когда сообразил, что с моими напарниками не все ладно.
Я поднял глаза как раз, чтобы стать свидетелем того, как Райт вынимает клинок, который мгновением раньше погрузил в горло Туори. Тонкое лезвие, окруженное нараставшим с каждым мгновением числом маленьких кровавых пузырьков, в свете нашлемного фонаря блеснуло багрянцем. Лицо портакианки исказилось одновременно от неверия, ужаса и боли. Она пыталась вдохнуть, но ничего не выходило. Пыталась оттолкнуться от своего убийцы, но тот держал ее крепко.
Я заорал:
– Райти! Ты что творишь?!
Ассасин обернулся под звук затихающих всхлипов Туори. За прозрачным забралом блеснули серебром глаза, а на губах засияла широченная и совсем не свойственная Янси Райту улыбка.
– Прощай,
Я был не готов к такому финту и, столкнувшись с мертвой Туори, вместе с ней по инерции отлетел к дальней стороне усыпальницы. Я ожидал, что и меня вот-вот настигнет безвременная кончина, но, очевидно, просчитался. Паяц оказался хитрее, чем я мог предположить. Пока я ждал удара, он воспользовался заминкой и, целиком подчинив тело и разум Райта, улизнул.
– Только не расстраивайся, что не распрощались как полагается, Сет Эпине, – заговорил он в наушнике. – И еще: надеюсь, ты найдешь мое старое жилище комфортным. Удачи в борьбе со своими демонами! И передавай привет подружке. Думаю, ты очень скоро с ней повстречаешься.
Загоготав, он оборвал связь.
Я не был готов к такой прыти. Пока ошалевшее сознание пыталось хоть как-то осмыслить внезапный поворот, та часть мозга, что отвечала за физику тела, отвесила хорошего пинка заднице и заставила немедленно броситься в погоню за беглым лейром.
Оттолкнувшись от стены, я направил себя к выходу. Тени, прикасаться к которым я больше не опасался, значительно ускорили продвижение. Хоть и не настолько, чтобы опередить слишком проворного Паяца. К тому моменту, как я, протолкавшись через тучу каменных осколков, оставшихся после уничтоженных силовой волной барельефов, старик успел не только забраться в катер, но и запустить двигатели. И все это под нескончаемое зловредное хихиканье в наушнике.
О Туори я даже не вспомнил.
Успев застать, как захлопывается люк катера, я испытал такой прилив злости, что на одной этой тяге, казалось, можно было долететь до Риомма. Я заорал:
