Эйтн не ответила и попыталась вырваться. Я не отпустил ее, но не из-за упрямства, а следуя предчувствию, вселяемому Тенями: случилось нечто чудовищное. Средь какофонии звуков мне удалось различить предупреждение системы безопасности:
– Планета атакована! Все в укрытие! Повторяю, все в укрытие!
Толчок повторился, и на сей раз оказался куда сильнее предыдущего.
С потолка посыпалась белая крошка, предметы, которые не были хоть как-то закреплены, послетали с полок; те, что могли биться, разлетелись в дребезги. Голова Кукольницы оторвалась от соединительных кабелей, грохнулась на пол и покатилась.
Мы бы с Эйтн тоже разделили ее участь, если б прочные путы Теней не удержали нас на месте.
– Сет, отпусти, – услышал я спокойное, и тут же округлил глаза.
– С ума сошла?
Но Эйтн вновь стала той прежней непрошибаемой особой, так что лишь уверенно потянула ладонь из моих пальцев и твердо повторила:
– Отпусти. Я хочу знать, что происходит.
Она все же вырвалась и, прежде чем я успел выкрикнуть еще хоть слово, выбежала из кабинета.
Не представляя, как быть, я растерянно огляделся по сторонам. Строгий, ухоженный и выскобленный до блеска кабинет превратился в эпицентр погрома. Тени вопили в уши, будто безумные. Жжение в руке не исчезло, но почему-то и сильнее не стало. Как если бы само понимало степень угрозы. Окажись в моем распоряжении чуть больше времени, я бы непременно над этим поразмышлял. Однако новый толчок заставил отложить самоанализ на потом. Припав на одно колено, я подхватил многострадальную голову роботессы и, наконец, бросился вслед за Эйтн.
Застал я ее посреди гостиной.
Она точно окаменела – ни единого движения, даже несмотря на то, что башню время от времени потряхивало. Вокруг – истинный хаос. Все, что когда представляло собой роскошную гостиную, превратилось в дичайший кавардак. Ни одна деталь не осталась на месте. Даже картины послетали на пол.
Но Эйтн это, как будто, не волновало. Взгляд ее был прикован к широкому окну, за которым разворачивался истинный ужас.
И это ничуть не преувеличение.
Стоило только бросить взгляд наружу, меня тут же как в пол вморозило.
Небеса Риомма полыхали. Мирный ночной пейзаж Мас Пирей, часто вдохновлявший художников со всей Галактики на создание шедевров, превратился в кошмар. Зрелище в буквальном смысле захватывало дух. Но не красотой происходящего, а осознанием, что подобное зверство под силу одним лишь …
– Это… – начал я, но не сумел выдохнуть.
Эйтн закончила фразу с пугающим своей сдержанностью кивком:
– Лейры.
Маленькие и похожие на бешеные пульки истребители Адис Лейр носились туда-сюда мошкарой и старались испепелить все, что попадалось на пути. Они поливали остров из лазерных орудий, на глазах превращая его в погребальный костер самому себе.
Скованный шоком и ужасом, я не мог пошевелиться, только прошептать:
– Как?..
Но ответа на самом деле не требовалось. Я и без того понимал «как». Несколько эскадрилий яртеллианских стервятников были слишком малы, чтобы оказаться запеленгованы системами раннего оповещения, но достаточно проворны, чтобы проскочить мимо любой орбитальной защиты, и вполне неплохо вооружены, чтобы нанести немало урона. Риомм слишком горд, чтобы рассматривать идею подобного вторжения как реальную. Они не видели угрозы в стае мелких мошек. Жаль, зубки этих мошек оказались чересчур остры. Настолько, что в течение каких-то минут, превратили мирный город в точку кипящего хаоса.
Линии воздушного транспорта, опоясывавшие частокол башен четким золотистым пунктиром, утратили всякий намек на организованность. Некоторые машины не стеснялся нырять прямо в океан, хотя большинство, спасаясь от непрекращающегося лазерного огня, просто разлетались кто куда. Многие попадали под обстрел. Один из летунов, потеряв часть стабилизатора, ушел в крутое пике и на бреющем полете пробил полосу ограждения на дворцовой площади и буквально воткнулся в постамент одной из статуй. Не окажись конструкция способной выдерживать более мощные удары, целый кусок острова запросто мог отправиться на дно.
– У этого бреда должна быть причина! – выдохнул я, едва не подпрыгивая от беспомощности. В этот момент один из атакующих истребителей начисто срезал два тонких шпиля-близнеца и сам же превратился в груду искореженного металла. Башни рухнули, погребя под собой несколько десятков перепуганных жителей, в панике выскочивших на улицы. – И где ваша хваленая оборона?
Эйтн крепче сжала кулаки – настолько, что я забеспокоился, не брызнула бы кровь.
– Это не бред, – тихо произнесла она и, перехватив мой недоуменный взгляд, добавила: – Это рейд. И у него
Я сперва не понял, к чему она клонит, но едва позволил себе вновь окунуться в бушующее теневое море, моментально сообразил.
– Но это невозможно! Они не знали! Никто не знал. – Мой взгляд опустился на металлическую голову, по-прежнему зажатую в руках. Догадка казалась неправдоподобной, хотя совсем недавно именно такой выглядела и сама идея нападения лейров на Риомм. Мои губы раскрылись и изо рта выпорхнуло: – Я бы заметил.
