Вернувшись на прежнее место, он достал из кармана мешочек с серебряными монетами и принялся внимательно их по одной рассматривать. Пятнадцать лет северянин копил эти деньги и ни на что не тратил, чем вызывал различного рода подозрения своих товарищей. Кто-то считал его коллекционером, а кто-то за глаза называл наёмника просто жадным, но никто не задавал ему этот вопрос напрямую – зачем ему столько серебра? Да и вряд ли бы он ответил.
Вернувшись в палатку, Зот взял новую бутылку. Альвиан последовал его примеру.
– Ну, и как вам принцесса? – усмехнулся Северин.
– Принцесса, как принцесса, – хмыкнул Зот.
– Мне служанка её очень понравилась, – сказал Альвиан, – та, что была в бирюзовом платье. Я бы усадил её в своё седло, – Зот засмеялся, и они стукнулись бутылками.
– Ты сходил к Гнилому Бобу?
– Нет. Сейчас схожу, – ответил молодой человек и поднялся на ноги. Обсуждать с друзьями ему было нечего; ни принцессу, ни её служанок он никуда усаживать не хотел.
Эйфория от приезда принцессы быстро прошла, и воины опять разбежались по своим делам. Теперь Камелия и Диодора могли открыто ходить по лагерю, не боясь встретить человека, который смог бы раскрыть их обман. И пока девушки искали шатёр Его Величества, Беата расплачивалась со своим знакомым золотом, что ей дала младшая дочь Гарольда.
– Как тебе роль принцессы Стронвиака? – улыбнулась Камелия.
– Игра с переодеванием была весьма забавной. Мне, правда, до сих пор непонятно, зачем ты натянула на себя мужской костюм, но что-то мне подсказывает, что знать ответ на этот вопрос я всё равно не хочу, – девушка звонко рассмеялась, – Лир! – Диодора отпустила руки Камелии, – мой милый брат Лир!
Молодой человек обернулся.
– Диодора… Диодора! – она бросилась в его объятья, а Камелия спряталась за ближайшим деревом. Она, конечно, хотела познакомиться со своим женихом, вот только не так скоро. Поэтому всё, что ей удалось пока разглядеть – это пронзительные зелёные глаза юноши и его короткие русые волосы. Он был совсем не похож на сестру.
Девушка так обрадовалась встречи со своим старшим братом, что совсем забыла о подруге, которую уже заприметили воины.
– Ну надо же какие нынче аппетитные служанки сидят в замке, – раздался позади Камелии грубый мужской голос, и она резко обернулась, – во времена моей молодости там таких не было.
– Нам повезло куда больше, старик! – засмеялся его молодой товарищ, – смирись уже с этим!
– Не подходите ко мне, – дрожа от страха, сказала принцесса, – я буду кричать.
– Это очень плохая идея, моя кошечка, – усмехнулся мужчина и прижал её к себе, – на твой крик сбегутся другие воины, и нам меньше достанется.
– Отпустите меня! Я пожалуюсь отцу, и он всем вам отрубит голову! – завизжала девушка, когда несколько юношей начали срывать с неё одежду.
Самый старший из них замер, почувствовав на своей шее острый клинок.
– Кто бы ни был – не переживай. Я поделюсь с тобой своей добычей.
– Немедленно отпусти девушку, похотливый мерзавец.
– Северянин, это ты? – он хотел было обернуться, но юноша по-прежнему держал меч на небезопасном от него расстоянии, – так, это же я, это, шучу так просто. Ты чего разозлился-то? – воин незаметно попытался вынуть из кармана нож.
– У него там нож! – закричала девушка, за что незамедлительно получила по лицу.
– Шлюха!
Мужчина упал на колени, и Камелия увидела, что незнакомец отрубил ему руку. Заметив вокруг себя море крови, она на долю секунды закрыла глаза. Когда же она вновь посмотрела на всё, что происходит вокруг, Северин уже закрывал Камелию своей спиной и крепко держал её за руку.
– Среди вас ещё остались желающие опробовать остроту моего клинка? – молодые люди, что мгновенно протрезвели, опустили головы, боясь встретиться с наёмником глазами, – очень хорошо. Если когда-нибудь я ещё раз увижу что-то подобное, то вы лишитесь не только рук. Вы меня поняли?
– Да, – пролетело над толпой невнятное бормотание. Когда юноша повёл принцессу за собой, она обернулась и увидела, как воины оттаскивали в палатку своего товарища, который громко проклинал и её, и северянина.
Северин остановился в нескольких метрах от палатки Его Величества. Камелии было стыдно за своё неосмотрительное поведение, поэтому она, насупившись, отвернула голову. Однако её нежелание говорить не стало причиной их всеобщего молчания. Наёмник грубо схватил девушку за подбородок и повернул её лицо на себя. Как только они встретились взглядами, он медленно убрал руку, касаясь пальцами шеи Камелии.
Голубые глаза принцессы напомнили ему о небе, которое когда-то он так сильно любил. А вот холодные чёрные глаза Северина заставили дочь Гарольда вновь погрузиться в кошмары от пережитых снов. Она отвернулась. Смотреть на него дольше пяти секунд было невозможно. Его взгляд словно сжигал тебя изнутри.
– Ты бесстрашная или бессмертная? – с упрёком в голосе спросил наёмник, – а, может быть, просто глупая?
– Не забывайте, с кем Вы говорите, сэр!
– Ах, да, – усмехнулся северянин, – я же говорю с самой служанкой принцессы Камелии.
