Покачав головой под дикий хохот королевских стражников, наёмник прошёл в шатёр. Гарольд сидел на троне, что наспех соорудили ему мальчишки из соседней деревни. Сидеть как простой смертный на стульях или на полу Его Величество не мог.
Был он, как всегда, в парадных одеждах и с огромной короной на голове. Золотая безделушка уже порядком съехала с его головы, но это совершенно не мешало отцу Камелии с важным видом пить вино из кубка, рубины с которого, уже давно утащили и продали его «верные подданные». Северин ухмыльнулся. В этом и заключается всё счастье людей – пить вино и радоваться большим камням. Он закрыл глаза и вспомнил, как искал под песком ракушки, когда был ещё совсем юным. Невинная улыбка заиграла на его лице, когда правитель прохрипел:
– Чему ты радуешься, северянин? Ты хоть знаешь, по какой причине я позвал тебя?
Он открыл глаза:
– Я догадываюсь.
– На тебя поступила жалоба.
– Если бы мне отрубили руку, я бы тоже пошёл жаловаться королю.
– Отрубил что?
В этот момент молодой человек почувствовал себя терпеливым родителем, что ругает своего капризного ребёнка.
– Я сделал это, чтобы защитить Вашу дочь, Ваше Величество. Принцессе не следует разгуливать по лагерю.
– Камелия моя дочь – это главное оправдание её действий! – закричал Гарольд, брызгая слюной.
– У неё есть грудь, – спокойно ответил Северин, – и это главное оправдание действий Ваших воинов.
– Да как ты смеешь! – мужчина поднялся на ноги, опрокинув содержимое кубка на себя, – я уничтожу тебя!
– Для начала рассчитайтесь со мной, Ваше Величество. И озолотите, как обещали.
Его Величество замахнулся на северянина, но ударить юношу так и не успел. В шатёр уверенным твёрдым шагом прошёл Гнилой Боб.
– Вы уже наказали его, Ваше Величество? – сладким голосом протянул главнокомандующий, – такое поведение непростительно! Его следует выгнать из лагеря! Немедленно! И никакого жалованья! Он не должен получить и монеты из королевской казны!
Друг Зота усмехнулся и покачал головой. Как он мог подумать, что король вызвал его, чтобы выразить свою благодарность за спасение Камелии? Конечно же, в этом визите виноват лживый проходимец, затуманивший разум Гарольда своими льстивыми речами.
– Если этот юноша выйдет из шатра без положенного ему жалованья за восемь лет службы, то Вы, сэр Тенгиз, покинете королевскую армию без головы.
Наёмник повернул голову. Перед ними стояла Камелия, прямая как стрела, с опущенными вниз руками, сцепленными в замок. Мальчишеское одеяние она сменила на дорогое шёлковое платье.
– Ваше Высочество, – улыбнувшись, поклонился Гнилой Боб, – наша дорогая принцесса Камелия. Этот, с Вашего позволения юноша, вёл себя неуважительно по отношению к старшим товарищам. Если его не наказать, то дисциплина в королевской армии рухнет, как карточный домик. На его примере все решат, что могут вести себя так, как им заблагорассудится!
– Я наслышана о его поведении, – он довольно кивнул, решив, что смог убедить девушку в своей правоте, – одного он назвал похотливым и пьяным мерзавцем, увидев его в постели с двумя барышнями, хотя этот человек должен следить за порядком и дисциплиной в армии, чтобы она не рухнула как карточный домик, – она особенно выделила слово «дисциплина», что привело к некоторым изменениям на лице главнокомандующего, – а второму отрубил руку за то, что тот приставал к честным и беззащитным девушкам. Такое поведение Вы считаете недостойным, сэр Тенгиз?
– Честные и беззащитные девушки не будут открыто гулять по лагерю, где собралась куча голодных мужчин, – съязвил Гнилой Боб, не зная, что речь шла о самой принцессе, – а делать замечания старшему по званию он просто не имеет право. Если Вам интересно, Ваше Высочество, то Вы сейчас защищаете даже не рыцаря, а бедного, голодного и грязного наёмника. И спас он эту девушку только для того, чтобы позднее самому воспользоваться её услугами.
Камелия ударила Тенгиза по лицу. Северин выпрямился: теперь ему не придётся выяснять отношения со своим начальником. Принцесса сама с этим хорошо за него справляется.
– Не забывайте, сэр Тенгиз, что речь сейчас идёт о девушке, в чьих жилах течёт королевская кровь!
– Так это на Вас напали мои воины? – дрожащим голосом спросил он, – назовите мне их имена, и они тут же будут повешены!
– Начните с себя. Вам тоже есть чему поучиться у бедного, голодного и грязного наёмника, – Камелия вытащила меч из ножен северянина, – бывшего наёмника.
Юноша мгновенно опустился над принцессой на одно колено. Не смея посмотреть девушке в глаза, он молился, чтобы она передумала посвящать его в рыцари.
Невеста Лира тяжело дышала, с трудом удерживая в руках оружие. С одной стороны она понимала, что делает глупость, а с другой ей хотелось, чтобы отец ей гордился.
Когда между плечом северянина и клинком оставалось меньше сантиметра, Гарольд выхватил из рук дочери меч:
