С наступлением ночи жара не исчезла, наоборот – теперь, под голубым сиянием луны, стало еще жарче. Я посоветовал виконту держать оружие наготове и не отходить от нашего лагеря, однако сам продолжал искать выход из джунглей.
Внезапно в нескольких шагах послышался оглушительный львиный рык.
– О! – сказал виконт вполголоса. – Он недалеко! Вы его не видите? Там… за деревьями! В этой чащобе… Если он еще раз заревет, я выстрелю!
Рев повторился снова – еще более грозный. И виконт выстрелил, но не думаю, что он попал в льва – только разбил зеркало, как я обнаружил уже на рассвете. Ночью нам пришлось проделать длинный путь, потому что мы внезапно оказались на краю пустыни, огромной пустыни из песка и камней.
Действительно, не стоило выходить из леса, чтобы прийти в пустыню. Изнывая, я лежал рядом с виконтом, устав искать пружины, которых не мог найти.
Я был очень удивлен – и сказал об этом виконту – тем, что в течение ночи нам не повстречался никто из еще более опасных тварей. Обычно после льва следовал леопард, а иногда и мухи цеце. Этих эффектов легко добиться, и я объяснил Раулю, пока мы отдыхали перед тем, как пересечь пустыню, что Эрик имитировал львиный рык с помощью длинного барабана, на одном конце которого была натянута ослиная шкура. Над этой кожей проходила струна, прикрепленная в центре к другой такой же струне, которая находится внутри барабана. Эрику остается только потереть эту струну перчаткой, намазанной канифолью, и, меняя нажим и интенсивность трения, можно достаточно точно воспроизвести рык льва или леопарда и даже жужжание мухи цеце.
Мысль о том, что Эрик может пребывать в соседней комнате вместе со своими устройствами, внезапно заставила меня решиться вступить с ним в переговоры. Стало очевидно, что он уже знал, кто оказался в его камере пыток, поэтому идея застать его врасплох теперь не годилась. Я позвал его:
– Эрик! Эрик!.. – я кричал так громко, как только мог, через всю пустыню, но никто не откликнулся на мой голос. Повсюду царила тишина и необъятность обнаженной пустыни. Что с нами будет посреди этого ужасного одиночества?
Мы начинали буквально умирать от жары, голода и жажды. Особенно от жажды. Вдруг Рауль приподнялся на локте и указал мне точку на горизонте. Он увидел впереди оазис!
Да, там, пустыня уступала место оазису… Оазису с водой. Вода, прозрачная, как зеркало… Вода, отражающая железное дерево!..
Это был мираж. Я узнал его сразу. Это было самое страшное и заключительное испытание. Никто на моей памяти не смог устоять перед ним, никто. Потому что после того, как измученная жаждой жертва пыталась добраться до воды, а вместо этого упиралась в стекло с собственным отражением, ей оставалось только одно – повеситься.
Изо всех сил стараясь сохранить рассудок и не надеяться на воду, я попытался предостеречь виконта:
– Это мираж! Мираж! Не верьте в то, что видите!.. Это еще один трюк с зеркалами.
Он в ярости воскликнул, что я сумасшедший или слепой, вообразивший, что вода, текущая там, между бесчисленными прекрасными деревьями, не настоящая вода! И пустыня не настоящая? И лес тоже?
Рауль сказал мне, чтобы я отстал от него со своими бреднями про зеркала, барабаны и пружины, и побрел туда, повторяя:
– Воды! Воды!
Он открыл рот, как будто пил…
И я непроизвольно сделал то же самое.
Потому что мы не только видели воду – мы ее слышали! Слышали, как она течет, журчит!..
Наконец настала очередь мучений, более невыносимых, чем все остальное – мы услышали шум дождя, которого не было! Это было демоническое изобретение – я очень хорошо знал, как Эрик имитировал его! Он заполнил мелкими камнями очень узкий и длинный ящик, закупоренный изнутри с определенными интервалами кусочками из дерева и металла. Мелкие камешки, падая, сталкивались с этими перегородками и рикошетом отскакивали один от другого. Таким образом создавалась иллюзия проливного дождя.
Нужно было видеть, как мы с виконтом с высунутыми языками тащились к воде, так притягательно плескавшейся у берега. Наши глаза и уши были полны воды, но языки оставались сухими, как песок.
Добравшись до зеркала, Рауль лизнул его, и я тоже.
Оно было обжигающе горячим и сухим!
Затем мы повалились на пол с отчаянным стоном. Рауль поднес к виску последний пистолет, который все еще был заряжен, а я посмотрел на пенджабскую удавку у своих ног.
Я знал, почему в этой третьей сцене здесь снова появилось железное дерево!
Железное дерево ждало меня!..
Но посмотрев на пенджабскую удавку, я увидел одну вещь, которая заставила меня вздрогнуть так сильно, что виконт застыл, не донеся пистолет до виска. Его шепот: «Прощайте, Кристина!..» замер на губах.
Я взял Рауля за руку и отобрал у него пистолет, а потом подполз на коленях к своей находке.
Возле удавки в прорези досок пола я обнаружил гвоздь с черной шляпкой, и я знал, как его использовать!
Наконец-то я нашел пружину! Пружину, которая заставит дверь открыться, даст нам свободу, даст возможность добраться до Эрика.
Я нажал на гвоздь и посмотрел на Рауля с сияющей улыбкой! Гвоздь с черной шляпкой поддался моему давлению.
А потом…
