– Что это значит? – вскричала она. – Кристине грозит опасность?
– Да, мадам, – храбро заявил Рауль, игнорируя отчаянные знаки, которые делала ему Кристина.
– Боже мой! – воскликнула, задыхаясь, добрая и наивная старая дама. – Ты должна мне все рассказать, Кристина! Почему ты пытаешься меня успокоить? И в чем заключается опасность, мсье де Шаньи?
– Самозванец воспользовался ее доверием!
– Ангел музыки – самозванец?
– Она же сама сказала вам, что нет никакого Ангела музыки!
– Но что же тогда происходит, во имя неба? Умоляю, скажите! А то я умру от неизвестности!
– Существует, мадам, вокруг нас, вокруг вас, вокруг Кристины, некая вполне земная тайна, которой стоит опасаться гораздо больше, чем всех призраков и всех гениев вместе взятых!
Мадам Валериус повернула к Кристине испуганное лицо, но та уже бросилась к своей приемной матери и обняла ее:
– Не верьте ему, мама… Не верьте всему этому, – повторяла она, пытаясь своими ласками утешить ее, потому что пожилая женщина от волнения стала тяжело дышать.
– Тогда скажи мне, что ты меня больше не бросишь! – взмолилась вдова профессора.
Кристина молчала, и Рауль снова заговорил:
– Вам нужно это пообещать, Кристина… Это единственное, что успокоит вашу приемную мать и меня! Мы обязуемся больше не задавать вам ни одного вопроса о прошлом, если вы пообещаете нам оставаться под нашей защитой в будущем…
– Это обязательство, о котором я вас не прошу, и обещание, которого я вам не дам! – с достоинством произнесла девушка. – Я свободна в своих действиях, мсье де Шаньи; вы не имеете права меня контролировать, и я прошу вас прекратить это. Что касается того, что я делала последние пятнадцать дней, то на свете есть только один человек, который имел бы право требовать отчета: мой муж! Но у меня нет мужа, и я никогда не выйду замуж!
Говоря это, она сделала решительный жест в сторону Рауля, словно желая придать сказанному большую весомость, и Рауль побледнел не столько из-за слов, которые только что услышал, сколько потому, что увидел на пальце Кристины золотое кольцо.
– У вас нет мужа, и тем не менее вы носите обручальное кольцо!
И он хотел схватить ее за руку, но Кристина сразу отдернула ее.
– Это подарок! – возразила она, снова краснея и тщетно пытаясь скрыть смущение.
– Кристина! Поскольку у вас нет мужа, это кольцо мог дать вам только тот, кто надеется им стать! Зачем обманывать нас дальше? Зачем мучить меня еще больше? Это кольцо – обещание! И это обещание было принято!
– Я тоже ей это говорила! – вмешалась пожилая дама.
– И что она вам ответила, мадам?
– Я ответила то, что считала нужным, – раздраженно отрезала Кристина. – Не находите ли вы, мсье, что этот допрос слишком затянулся? Что касается меня…
Рауль, напуганный ее тоном, боясь вновь услышать слова об окончательном разрыве, прервал ее:
– Простите, что так с вами разговариваю, мадемуазель… Вы хорошо знаете, какое благородное чувство заставляет меня сейчас вмешиваться в вещи, которые, несомненно, меня не касаются! Но позвольте мне рассказать вам, что я видел… А я видел больше, чем вы думаете, Кристина… Или мне казалось, что видел… Потому что, по правде говоря, любой переживший такое не поверил бы своим глазам.
– И что же вы видели, мсье, или вам казалось, будто видели?
– Я видел ваш восторг, Кристина, перед голосом, доносившимся из стены, а может, из соседней гримерной… Да, ваш восторг! И именно он меня пугает! Вы находитесь под воздействием опасных чар! Хотя, похоже, вы сами поняли, что это обман, поскольку сегодня говорите, что Ангела музыки нет. Но тогда, Кристина, почему вы снова последовали за ним? Почему вы встали, вся сияющая, как будто действительно слышали ангелов? Ах, Кристина, этот голос очень опасен – я сам, услышав его, испытал такое восхищение, что когда вы исчезли на моих глазах, я не мог сказать, куда вы делись!.. Кристина! Кристина! Во имя неба, во имя вашего отца, который сейчас на небесах и который так любил вас и меня, расскажите нам, своей благодетельнице и мне, кому принадлежит этот голос! И мы спасем вас – возможно, даже от самой себя! Ну же, назовите имя этого человека, Кристина? Того, кто имел наглость надеть вам на палец золотое кольцо!
– Мсье де Шаньи, его имени вы никогда не узнаете! – холодно заявила девушка.
Мадам Валериус, увидев, с какой враждебностью ее подопечная обратилась к виконту, вдруг приняла сторону Кристины.
– Если она любит этого человека, мсье виконт, то вас это не касается! – резко обратилась она к Раулю.
– Увы! Мадам, – смиренно повторил Рауль, который не мог сдержать слез… – Увы! Я действительно думаю, что Кристина любит его… Все подтверждает это. Но не только сей факт приводит меня в отчаяние, потому что в чем я не уверен, мадам, так в том, что тот, кого любит Кристина, достоин ее любви!
– Об этом могу судить только я, мсье! – возразила Кристина, пристально глядя Раулю прямо в глаза.
– Когда мужчина, – продолжал Рауль, чувствуя, как силы покидают его, – соблазняет молодую девушку, используя подобные романтические средства…
– То либо он негодяй, либо девушка глупа – вы это хотели сказать?
– Кристина!
