В первое мгновение мне даже захотелось попытаться убедить всех этих людей, находившихся в театре, покинуть здание. Но меня остановила мысль о том, что меня примут за сумасшедшего. К тому же я знал, что если закричу, например, что-нибудь вроде «Пожар!!!», чтобы выгнать всех, то могу стать причиной еще большей катастрофы – люди в панике могли задавить и затоптать друг друга.
Тем не менее я лично решил действовать без дальнейшего промедления. Момент показался мне наиболее благоприятным: Эрик, по всей вероятности, думал в этот час только о своей пленнице. Я собирался воспользоваться такой возможностью, чтобы проникнуть в его жилище через третий этаж подвала, и позвал с собой несчастного, отчаявшегося молодого виконта, который сразу же откликнулся с полным доверием, глубоко меня тронув. Я послал своего слугу за пистолетами, и Дариус принес их нам в гримерную Кристины. Я отдал виконту пистолет и посоветовал ему быть готовым стрелять, также как и я сам, потому что за стеной нас мог ждать Эрик. Наш путь лежал через проход коммунаров, а затем через люк.
Молодой виконт, увидев пистолеты, спросил, не предстоит ли нам дуэль. «Действительно, нам предстоит дуэль, – ответил я. – Да еще какая дуэль!» Но у меня не было времени что-то объяснять. Виконт храбр, но он почти ничего не знал о своем противнике. И это было очень хорошо!
Что такое дуэль с самым умелым воином по сравнению с боем с самым потрясающим из фокусников? Даже мне с трудом верилось в то, что я собираюсь вступить в борьбу с человеком, который виден только тогда, когда он сам этого хочет, и который, напротив, видит все вокруг, когда вас окружает полная тьма!.. С человеком, чьи странные познания и умения, воображение и ловкость позволяют ему использовать все природные силы, объединяя их в иллюзию, которая полностью владеет вашим зрением и слухом! И это в подвалах Оперы – в стране фантасмагории! Разве можно представить себе это без содрогания? Способен ли кто-нибудь предугадать, что произойдет с ним в пяти нижних и двадцати пяти верхних этажах Оперы, находящихся под абсолютным контролем этакого заигравшегося и жестокого Робера-Удена, который то смеется, то ненавидит, то опустошает карманы, то убивает!.. Подумайте, как можно сражаться с мастером ловушек? Боже мой! В моей стране, в наших дворцах и домах он сделал множество удивительных люков, лучших из всех! Сразитесь с Любителем люков в стране люков!
Я надеялся, что Эрик находится подле Кристины Даэ в домике на озере, куда ему пришлось доставить ее, находившуюся, без сомнения, в обмороке. Но он мог быть и где-то рядом с нами, готовя пенджабскую удавку – эта мысль вызывала во мне настоящий ужас.
Никто лучше него не умеет бросать пенджабские удавки – он является принцем душителей так же, как и королем фокусников. Однажды, когда он закончил развлекать маленькую султаншу – в те «розовые часы» Мазендерана[50], та попросила, чтобы он придумал нечто такое, что заставит ее вздрогнуть. И он не нашел ничего лучше, чем забавы с пенджабскими удавками. Эрик научился дьявольскому искусству удушения в Индии. Его оставляли во дворе наедине с воинами – чаще всего приговоренными к смертной казни, – вооруженными длинным копьем и палашом. У Эрика была только удавка. В тот момент, когда воин думал, что убьет Эрика одним умелым ударом, взвивалось в воздух лассо. Одним движением запястья Эрик затягивал тонкую удавку вокруг шеи своего противника и тут же тащил его к ногам маленькой султанши и ее приближенных, наблюдавших за поединком в окно и аплодировавших. Маленькая султанша тоже научилась бросать пенджабскую удавку и таким образом убила нескольких наложниц своего султана и даже гостивших у нее друзей.
Но я бы предпочел оставить ужасную тему «розовых часов» Мазендерана. Упоминаю о них только потому, что, спустившись с виконтом де Шаньи в подвалы Оперы, я должен был защитить своего спутника от постоянной угрозы оказаться задушенным. Конечно, в темноте подвалов мои пистолеты были нам ни к чему. Однако я не сомневался, что, не воспрепятствовав открыто нашему проникновению через зеркало в проход коммунаров, Эрик мог тем не менее попытаться задушить нас. У меня не было времени объяснить все это виконту, но если бы оно и было, не знаю, стал бы я рассказывать молодому человеку, что в любой момент к нему может полететь смертоносное лассо. Усложнять ситуацию было совершенно незачем, и я ограничился тем, что посоветовал виконту де Шаньи всегда держать руку на уровне глаз, согнув ее в положении дуэлянта, ожидающего команды стрелять. Это положение исключает возможность даже самому ловкому душителю накинуть удавку на шею. Одновременно с шеей лассо обхватывает и руку, и петлю можно легко снять.
