После катастрофического провала в библиотеке мне требовалось уединение, и я попросила подать ужин мне в комнату.
Когда Флора принесла поднос, я порадовалась возможности отвлечься в ее компании. Отголоски моей беседы с мистером Пембертоном и вызванные ею ужасные воспоминания о maman вымотали меня. Одна лишь радость – он не прогнал меня из дома. Пока.
Я села за маленький столик и принялась за мясо с подливой.
Как ни странно, аппетит совершенно не пострадал.
Флора хлопотала по комнате.
– Слуги говорят, мол, сегодня разослали приглашения на прием в честь леди Одры, – сказала она. – На кухне все в трудах, все готовят да готовят.
– Могу представить, – отозвалась я, собирая кусочком хлеба остатки соуса с тарелки.
– А вам разве не надобно готовиться к сеансу? Или, может, на ком-то потренироваться немного? – Намеки Флоры были столь же незаметны, как гроза посреди ясного дня. Она хотела, чтобы я снова вызвала призрака, и я была совсем не против ее ублажить. Было что-то утешительное в привычном занятии, единственном деле, что у меня хорошо получалось.
Я промокнула рот мягкой салфеткой и положила ее на опустевшую тарелку.
– Сегодня вечером даже воздух какой-то особенный, – сказала я. – Когда в том измерении что-то происходит, я чувствую эманации. Они незаметны, как порхание крыльев бабочки.
Флора уставилась на мой лоб, сосредоточенно хмуря брови.
– Я вижу вокруг тебя присутствие сильного духа, – продолжила я. – Он не всегда рядом, но сегодня на тебя пала тень.
– Тень? Звучит скверно… – Она бросила взгляд за плечо.
Флора была из тех, кого maman называла «отменными клиентами».
– Нет, – заверила я ее. – Вообще-то это хорошо. Падающая на тебя тень означает, что дух рядом, поскольку ты к нему взывала.
– Что? То есть прям как вы делаете?
– Не совсем. – Я указала ей на другой стул, приглашая присесть рядом. – Когда мы думаем о любимом человеке, его дух прорывается сквозь завесу, что разделяет наши миры, и обретает способность пересечь границу – хотя бы на мгновение.
Флора улыбнулась.
– Да, – подтвердила я, аккуратно вытаскивая ногу из ботинка. – Закрой глаза и сосредоточься на его имени. Это поможет удержать духа рядом.
Она сделала так, как я велела. Воспользовавшись тем, что Флора отвлеклась, я переставила посуду с приборами на пол и сунула нож под ножку стола.
– Я совсем с толку сбилась, – пожаловалась она, сжимая фартук, и снова посмотрела на меня. – Тот, о ком я думала почти весь день, все еще жив. Утречком точно был, когда я угощала его яблочным пирогом.
Мне вспомнилась добрая улыбка Джозефа.
– Тени не лгут, – сказала я ей. – Кто-то сейчас рядом с тобой. Хочешь узнать кто?
Она кивнула. Я потянулась к ней через стол и велела взять меня за руки.
– Теперь ты должна перестать тревожиться и помнить: ничто не причинит тебе вреда.
Она снова кивнула.
– Есть ли здесь тот, кто желает поговорить с нами? – спросила я.
Из-под стола раздались три стука.
Флора ахнула. Глаза ее стали больше обеденной тарелки. Я подождала, затем подняла колено, пошатнула маленький столик и сказала:
– Вижу букву «М»…
– Мэйзи… – прошептала Флора.
Я кивнула.
– Она что-то говорит. – Я подождала еще два вдоха. – Она знает, что твой возлюбленный рядом.
Флора крепче сжала мою руку и пробормотала:
– Спросите ее, говорит ли он мне правду. Я должна знать, можно ему доверять или нет.
Мне стало любопытно, что такого мог ей сказать Джозеф.
– Она передала, что он говорит почти правду, – уклончиво ответила я.
По выражению ее глаз, так пристально вглядывающихся в мои, трудно было понять, что она думает, но одно я заметила наверняка – Флора недовольна.
– В любом случае, – добавила я, – они не всегда изъясняются прямо. Порой послания приходят в виде ощущений. Полагаю, она пытается сказать вот что: вероятно, он может солгать тебе в том, что ты загадала.
– О… – Выдохнула Флора таким убитым тоном, что стало ясно – она разочарована.
Maman бы это не одобрила.
