Я попыталась снова.
– Но она говорит, что для лжи у него есть веские причины и он хочет сделать тебя счастливой.
Пальцы Флоры ослабили хватку. Я поняла, что ей понравилось сказанное.
– Она уходит, – продолжила я.
Слабый румянец расцвел у нее на щеках.
– Если позволите, – начала она, – так славно было поговорить с кем-то моего возраста. Я служанка и, ясное дело, в подруги не набиваюсь. Просто очень тоскую по Мэйзи, но когда вы рядом, вроде мне не так уж и одиноко. – Она покачала головой. – Уж простите, так изысканно, как вы, я выражаться не умею.
Я – изысканно выражаюсь? Это что-то новенькое.
– Спасибо, Флора, – ответила я. Я поняла, что ей наконец стало со мной спокойно – она мне доверяет. – Я тоже рада, что ты здесь.
Она хотела встать, но замешкалась, покусывая нижнюю губу.
– Слыхала я, вы с его светлостью были сегодня в библиотеке…
– М-м, да, – коротко подтвердила я. Слуги нас подслушивали? Им всем теперь известна правда? Я почти затаила дыхание, ожидая ее ответа.
Флора сунула руки в карман передника.
– В жизни не забуду, как он первый раз приехал в поместье, – сказала она. – Я подумала, что никогда такого красавчика не встречала. Видали б вы их с леди Одрой вместе – ну будто пара ангелов.
Ужин тяжким камнем ворочался у меня в желудке. Я вспомнила, как покраснела, когда наши руки соприкоснулись.
– Похоже, ты в ней души не чаяла, – заметила я.
Флора шмыгнула носом.
– Вот что я вам скажу, Дженни, – дрогнувшим голосом начала она. – Ночью за пару дней до свадьбы я кой-чего увидала. Ни разу никому о том не обмолвилась. Теперь все гадаю – а может, мне почудилось? А порой думаю, все так и было. Ни словечка никому не сказала, только Мэйзи на ее могилке.
Я тут же навострила уши.
– Ничего страшного, со мной можно поделиться, – заверила я. – Я говорю лишь с призраками. – Я потянулась к ней и тронула ее за руку. – Так что ты увидала в ту ночь?
Она поправила белый чепец, потом несколько раз вздохнула.
– Я на кухне допоздна трудилась, готовила все к свадебному пиру. Нужно было пироги остудить, да не хотелось идти в холодную кладовую. – Она подалась ко мне и понизила голос: – Ненавижу туда ходить.
Я припомнила, как Джозеф не хотел доставать заготовки для миссис Гэллоуэй.
– Тогда я вынесла пироги на задний двор. Уж стемнело, так что я не разобрала, кто идет, пока он не подошел ближе, а он загребал ногами, точно хорошенько набрался.
Ее оборвал быстрый стук в дверь. Флора зажала рот и потрясла головой, будто ругая себя за сказанное. Я испугалась, что наши отношения испорчены. Стук повторился, Флора поспешно бросилась к двери и открыла.
Когда она повернулась ко мне спиной, я легко вытащила нож из-под ножки стола и снова опустила его на тарелку.
– Добрый вечер, милорд, – пробормотала Флора, склонив голову.
Мистер Пембертон переоделся для вечера. Его вкус был безупречен, а золотистые волосы будто притянули к себе весь свет из комнаты. Однако в осанке видна была усталость, что отличалось от его обычной манеры держаться. Он заметил пустую тарелку и с одобрением кивнул.
– Вы поели? Рад видеть. Я тревожился, что вам нездоровится.
– От жаркого миссис Гэллоуэй трудно отказаться, – робко отозвалась я.
Наша последняя беседа закончилась тем, что я выбежала из библиотеки, едва сдерживая виноватые слезы. Боюсь представить, что он обо мне подумал.
– Ох, простите, Дженни, – пробормотала Флора и кинулась поднимать с пола посуду.
Мистер Пембертон озадаченно посмотрел на нее, но потом снова повернулся ко мне.
– Вечерний воздух превосходно освежает, – сказал он. – Оранжерея была любимым местом Одры, и я подумал, что вы захотите туда прогуляться.
Он ни словом не намекнул на нашу недавнюю размолвку. Хозяин Сомерсета оказался куда лучшим актером, чем я подозревала. И все же нельзя было отказаться от приглашения, особенно в присутствии Флоры. Следовало помнить, что слуги сплетничают между собой.
– Хорошо, – кивнула я, выдавив улыбку.
– Буду ждать у выхода. – И с этими словами он развернулся и скрылся из виду.
Флора с облегчением вздохнула и кивнула в сторону шкафа.
– Наденьте шарф, ветер сегодня больно уж кусается.
Когда я подошла к парадной двери, меня уже дожидался мистер Пембертон с цилиндром на голове, зонтиком, торчавшим из-под мышки, и фонарем в свободной руке.
– Извольте, мисс Тиммонс, – сказал он, открывая для меня дверь.
– Лорд Чедвик… – кивнула я.
Вечерний воздух при каждом вздохе царапал горло. Сильный порыв ветра взметнул мои волосы, капор зашуршал. Я ухватилась за него, чтобы удержать. Перед тем, как спуститься в холл к мистеру Пембертону, я вдруг поняла: нельзя оставлять диадему без присмотра в комнате, это очень рискованно. Ее могла обнаружить миссис Донован. Потому я взяла украшение с собой, надев под капор и плотнее прижав к волосам.
