Нет, это не воображение. Он увеличил громкость, надеясь с музыкой сбежать от навязчивых мыслей. Однажды он пробьёт себе ушные перепонки. Так и быть. В скором времени они восстановятся и точно так же, как сейчас, будут пропускать нектар для мятежной души. Проникая в самую её суть, музыка сливалась с ней в единое целое. Переплетаясь со скрытыми побуждениями, эмоциями, ощущениями, она дарила ангельское успокоение, запирая дверь для жестокой реальности.
Глаза непослушно закрывались. Марк не заметил, как задремал. Он чувствовал, как его душа погрузилась глубже в плоть, сжавшись в комок. Знакомое ощущение перед сном. Но вдруг он уловил изменения. Его душа разжалась, она словно бы падала в бездну.
Вскрикнув, он раскрыл глаза. Во сне, соскользнув с подоконника, он рухнул на пол. Точнее, это был не он сам, а его тело. Он же висел перед окном, скованный парализующим ужасом.
Он совсем не собирался покидать тело. Как же так вышло, что его тело отторгло душу без его желания?
— Ты же обещал!
— Когда я обещал? Я ничего такого не помню.
— Не помнишь? Как ты вообще мог забыть про это?
— Честное слово, я не помню, чтобы я соглашался.
— Марко. Ты мне не нравишься совсем в последнее время.
— Я себе тоже не нравлюсь, — Марк отвернулся от Тимы, массируя висок, словно это бы помогло ему воссоздать забытое.
Частота провалов в памяти прогрессировала. Он обещал помочь одногруппнице в съёмках её мини-ролика. Он не сдержал слово. Он говорил, что выручит Кристину с английским. Он забыл напрочь. Теперь, когда Тимофей огорошил его известием, что они должны были участвовать в любительском концерте, и Марк должен был привести с собой синтезатор, он окончательно потерял веру в свою память.
— Это всё «полутень»? — спросил Тима.
Марк злобно выдохнул, почти рыча.
— А тебе случайно не приходила в голову мысль, что ты хочешь вернуться?
— Куда?
— В Дом Слёз? Тебя туда не тянет? — и после паузы тихо добавил. — Ты же ведь тоже...
— Да ты чё? — лицо Тимы вытянулось. — Туда, где мы чуть не угрохались?
— И ты не видишь призраков, не слышишь голосов в голове?
— Вообще никак. Ты чего?
— Значит, ты чист... — заключил, наконец, Марк. —
Он определённо болел, и его болезнь походила на неизлечимую. Сверхъестественный вирус, подрывающий телесное здоровье, дополнительно побуждал его бежать из тела, хоть он прекрасно понимал, что именно астральные выходы истощают его тело и разум. День ото дня он становился существом, которое не нуждалось ни в еде, ни во сне, оттого сильнее страдающего и черствеющего.
Он избегал скоплений людей, всё чаще пропускал университет и запирался дома, а если он и уходил, то однозначно без тела. Бывало, он приходил во плоти, но лишь в крайнем случае или на очень важные пары, ибо обмороки или нежданно подкравшийся сон поджидали его и здесь, когда он, отключаясь телом, вылетал душой и долгое время, сколько бы он ни старался, не мог вернуться и пробудить себя. В аудиториях рядом сидящие с ним не единожды подмечали за Марком его припадки. Дважды по окончание лекций его без сознания выносили в медпункт, а после рекомендовали ему лечь в больницу или оставаться дома. Со вторым Марк с радостью соглашался.
Он редко мог предугадать надвигающийся припадок, но когда чувствовал его приближение, немедленно шёл искать укромное место, чтобы быть в безопасности от косых взглядов.
Если ему и суждено лишиться рассудка, то он переживёт это в одиночестве.
[9 декабря 2015 года]
— Вот козлина, пришёл сюда музыку слушать! — сказала Кристине одногруппница Марка, когда они вместе садились в середину аудитории.
Ещё одна лекция, которую придётся сегодня вытерпеть. Кристина выдавила улыбку и пожала плечами. Этой девчонке не понять, что творится в его душе. Да и самой Кристине не понять. Услышав грохот стула, она обернулась, чтобы убедиться, что Марк в порядке. Он по привычке занял задний ряд, подальше ото всех. В уши вложив наушники, он положил голову на руки и устремил отсутствующий взгляд на доску.
В какой-то момент в рассеянной картинке, смешанной из реальности и воображения, Кристина не сразу осознала, что смотрел он уже не на доску, а прямо на неё. Кристина смутилась и быстро отвернулась, сглотнув нахлынувший комок эмоций.
Через некоторое время до её слуха донёсся шум со спины. Марк спешно покидал аудиторию, распутывая по пути провода наушников. Она давно раскусила причину его резких уходов и, выждав немного, сама отправилась на выход.
На исходе сознания он кое-как добрёл до желанного места и впал в забытьё. Для души оно длилось недолго — она легко вылетела из тела и взволнованно осмотрелась.
