— Я не могла долго задерживаться в одном и том же месте, была уверенна, что меня разыскивают. Поэтому бежала постоянно. Пока однажды не наткнулась на одну избу в самой глухой чаще леса. Там жила знахарка, настолько старая, что из неё почти песок сыпался. Но она приютила беглянку, утешила и обогрела, как родную. За это я буду вечно благодарна Севестоме. Она увидела во мне магическую жилку и решила вытащить её, взрастить семя чародейки. Получилось. Севестома научила меня всему, что знала сама, дала рецепты различных эликсиров и отваров, рассказала о травах и цветах. И это, — магичка ударила посохом об пол, — ей последний подарок. Через пару лет моя вторая мать умерла. Я похоронила её, как подобалось — рядом с домом, засадив могилу цветами. А потом отправилась в дальнейший путь, но теперь уже не как испуганная девочка, а женщина, знающая магию. Собственно, так я и оказалась здесь, где пока что и закончился мой путь. Вы видели, что пинги не любят пришлых, поэтому здесь идеальное место, чтобы скрываться.
— Думаешь, тебя до сих пор ищут? — спросил я.
— Кто знает, — она неопределённо пожала плечами. — Но лучше быть готовой ко всему.
— Вот это правильно! — орчанка икнула и обрушила кружку на стол, отчего мы чуть было не подпрыгнули со стульев.
— Грешрари! — возмутилась тифлинг. — Можно осторожнее?
— Да ладно тебе, — отмахнулась та и обратилась к хозяйке дома. — Так, получается, ты никогда больше не встречала свою семью?
— Почему же? — хмыкнула Жули и только тогда по её лицу пробежала тень. — Они как-то приходили, когда я была в публичном доме. Просили прощения. Но… этого я им дать никак не могла.
Вот так история. Теперь мне почему-то стыдно за ту злость, что я испытывал к женщине. Довольно суровая жизнь. Однако, судя по всему, именно это и закаляет.
Думаете, ночью и правда было что-то любопытное? Увы, вынужден вас расстроить, нас разморило настолько, что после сытного ужина мы легли спать. Хозяйка выделила нам несколько мешков, набитых соломой, на которые мы и рухнули, словно такие же кули. Сперва я подумал возмутиться, что это за хрень, мы ведь пришли помочь, а тут такое… но потом сообразил, что лучше лечь на мешки, чем пытаться уместиться на узких маленьких кроватях пингов, нерассчитанных на тифлинга, человека и, уж тем более, орчанку.
Да, я мог бы пойти и перетрахать весь посёлок. Вот только… совращать замужних баб, пускай и истеричек мне совсем не хотелось. К тому же они явно были не в моём вкусе. Их тела, покрытые волосками, словно пушок под носом подростка, не вызывали никакого желания. Да ещё и усталость. «Очарование» могло многих соблазнить, но что бы это мне дало? Может, у кого-то из них сорвёт кукушку, как это случилось с эльфийкой. И ведь она ещё была более эмоционально стойкая, но вышло всё довольно плачевно. А эти клуши… ну, сами понимаете. Я даже предположить боялся, на что они способны. И слипающиеся глаза лишний раз напомнили, что я живой человек, а не машина для траха.
Наша команда спала втроём в углу просторного зала. Хозяйка же отправилась в свою спальню, где блаженно посапывала. Я слышал её и остальных, так как после первого сна, распахнул глаза и увидел сидящую орчанку.
— Чего не спишь? — прошептал я, но подруга всё равно вздрогнула от неожиданности.
Повернулась ко мне и виновато покачала головой.
— Прости, не могу уснуть после сегодняшнего.
— Переживаешь из-за этих глупых куриц?
— Плевать на них, — отозвалась она. — Я бы всем там головы перерубила, если б потребовалось…
— И теперь боишься собственных мыслей? — догадался я.
— Да, — кивнула Грешрари. — Вот думаю, что произошло бы, если б ты не появился. Они ведь даже не слушали меня. Нашли виновную и не собирались отступать.
— Ложись, — я улыбнулся в ответ. — Всё это пустое, проблема решена. Отдохни, завтра нам надо найти убийцу, а то мы здесь задержались.
— Всего лишь день прошёл.
— Вот именно, целый день. А могли бы приблизиться к королевству гномов.
— Ладно, — Грешрари благодарно посмотрела на меня. — Спасибо, Вал. Видимо, Ирда права насчёт тебя, и ты, действительно, настоящий Герой.
И вот теперь я слышал сопение всех особей женского пола, разместившихся в этой лачуге. Сам же решил немного проследить. За кем? Не знаю, оно и неважно. Здесь хватало тех, кто желает нам зла ещё с первого появления. Поэтому присел за стол и открыл фляжку.
Да уж, угораздило меня вляпаться в такие неприятности. Сперва попивал пивко в Ханабен, а теперь… да что теперь?
Глоток. Алкоголь слегка обжёг горло и заставил поморщиться. Однако на вкус он не казался отвратным, наоборот, напомнил сладковатую настойку, что делал мой дед, пока был ещё жив.
