5.8. Другой важной областью функционирования НСВ-императива являются ситуации «утилитарного» побуждения. Сформированность у А выбора делать Р предопределяется здесь тем, что сделать Р в интересах А. Однако делать это полезное для А Р возможно или имеет смысл только при наличии определенных условий. Промедление с осуществлением выбранного Р объясняется тем, что А не знает, имеют ли эти условия место, или знает, что эти условия (еще) не имеют места. Г сообщает А, что эти условия имеют (или начали иметь) место, и в связи с этим побуждает его к осуществлению выбранного Р: Суп готов. Снимай!; Хватит проветривать, закрывай окно! (примеры из [Падучева 1996]); Я вас слушаю, говорите! Уже 8 часов, вставай!; С войной покончили мы счеты, бери шинель, пошли домой! (Б. Окуджава) = 'война окончилась, поэтому бери шинель, пошли…'; Тебе же надо было позвонить? Вот автомат, звони! (пример из [Падучева 1996: 79]) – утилитарное побуждение, совмещенное с напоминанием; [стук в дверь: ] Кто там? – Свои, открывай /?открой! (но: Откройте, полиция! – видимо, потому, что открыть дверь полиции не в интересах А). Заметим, что в побуждениях этого типа практически необходимо сообщение о наличии условий, делающих совершение Р уместным; ср. странность или грубость, резкость императива в диалоге: Кто там? – ?Открывай! Последнюю реплику отчасти спасает то, что своего рода суперсегментной утилитарной мотивировкой, ситуативным знаком наличия условий, позволяющих совершить действие открывания двери, может быть здесь просто «демонстрация голоса» в императиве, позволяющая сделать вывод, что это «свои»; коннотации грубости побуждения, неуважения к А проистекают из того, что Г считает излишним дополнительно объяснять А, почему он должен открыть дверь: 'хватит для тебя и звука моего голоса'. При этом порядок следования сообщения о наличии условий для осуществления Р (мотивировки побуждения) и собственно императива не существенен, поскольку действие все равно начнет осуществляться только после «прослушивания» всей побудительной «цепочки». См. ниже примеры, где сначала идет побуждение, а затем его мотивировка: Говорите, я вас слушаю!; [А знает, что в 7 часов по телевизору должна начаться интересная передача] Включайте телевизор, уже семь часов (пример из [Рассудова 1968, с. 104]); [Лиза Молчалину и Софье: ] Да расходитесь. Утро. […] Всё в доме поднялось (Грибоедов. Горе от ума); Дурак… Она тебя возненавидит. – Молчи, мать, все будет в норме [Падучева 1996: 68]. Заметим еще раз, что без все будет в норме НСВ был бы неуместен, с другой стороны, при наличии мотивировки замена на СВ дает аномальный результат: *Замолчи, все будет в норме.
5.8.1. Мотивировка побуждения может опускаться и часто опускается в случае экстренного утилитарного побуждения [ср. Шаронов 1991: 12]. Такое побуждение осуществляется в тех случаях, когда А грозит серьезная, часто смертельная и очень близкая (по времени) опасность и только немедленное осуществление им Р может помочь ему избежать ее. Например: Пожар, спасайся!; [неожиданно появляются полицейские, которые хотят арестовать А, заметивший их сочувствующий А Г: ] Полиция, беги! или просто Беги!; [на голову адресата падает кирпич: ] Берегись!; [над головой засвистели пули: ] Ложись! и т. п. Экстренность и чрезвычайность ситуации приводит здесь к «сжатию» побуждения вследствие редукции или даже элиминации ментального этапа выбора действия. Как и в случае команд, побуждение здесь фактически «перескакивает» через этап ментального выбора Р к непосредственному его осуществлению, но по другим основаниям, примерно с такой мотивировкой: опасность, предотвратить которую должно Р, настолько близка, что нет времени решать, выбирать, делать или не делать Р (и тем более объяснять, почему Р нужно сделать и именно сейчас); Р настолько жизненно важно для А, что у него просто нет разумной альтернативы, поэтому выбирать и не из чего.
