Против его воли перед глазами появился испуганный дух Дария, пойманный дрожащей ветвью.
Свят стиснул зубы и сжал поводья.
Он предал Дария, но она все равно выбрала не его.
– К-какой-то ты хму-урной. У-улыбнись, с-смотри, какое с-солнышко!
Марья указала на небо и улыбнулась, подставив лицо солнечным лучам. И остались же на земле такие светлые люди.
– Что было в письме? – спросил Свят, отводя взгляд от нее.
– Несколько женщин н-наложили на себя руки, – ответила Марья. – Одна повесилась, д-другая горло себе перерезала. С третьей не сказано, что п-произошло.
– Что думаешь?
– Я? – она нахмурилась. – Может, проклятие какое?
– Тебя Колояр вообще ничему не обучил?
– К-как это ничему! – возмутилась Марья. – Я о-отлично штопаю раны!
Свят покачал головой. Девчонка, может, и славная, да только наставник ее дурак дураком был.
– В деревне сама будешь с местными говорить, – сказал Свят. – Считай это своим первым самостоятельным заданием.
Марья кивнула и наконец выпрямилась в седле. Он кивнул и подхлестнул Горемыку.
Колояр не обучил ее и тому, как на охоте себя вести. Марья ввалилась во двор и принялась тарабанить в дверь. Свят остановился у калитки и сложил руки на груди.
На стук, как и ожидалось, никто не вышел. Народ в деревнях темный, на закате в дом никого не впускал. По-хорошему, стоило подождать до рассвета, но больно уж Святу хотелось посмотреть, что Марья будет делать.
В конце концов хозяева сдались под ее напором, отворили дверь и уставились на девчонку в светлом плаще. Мужик молодцом держался, баба же ухват перед собой выставила.
– Чего надо? – спросил хозяин.
– У вас тут соседка повесилась, – бодро начала Марья, – слыхали чего?
Дверь тут же захлопнулась перед ее носом.
Свят покачал головой и жестом подозвал девчонку к себе.
– Пойдем.
– Все было настолько плохо? – Марья помрачнела.
– Колояра к новобранцам я больше не подпущу.
Он направился к соседней избе, уверенно подошел к порогу и постучал.
– Святой Полк! – рявкнул Свят.
Открыли ему тут же. Мужик перепуганный, женщина за его спиной бледная как полотно. Даже дети, цепляющиеся за ее подол, и те притихли.
– Выйди, поговорить надо.
Мужик послушно вышел из избы и закрыл за собой дверь. Марья встала рядом со Святом и вздернула подбородок.
– Нет в деревне идолов, – выпалил мужик, – всех сожгли давным-давно!
– Мы не за этим приехали, – прервал его Свят. – Три женщины руки на себя наложили, слыхал об этом?
– Слыхал, – мужик опасливо заозирался по сторонам. – Сила нечистая руку свою приложила, поди?
– Одна повесилась, – не ответив на вопрос, продолжил Свят, – вторая горло себе перерезала. Что с третьей стало?
– Так она камень на шею себе повесила и утопилась. Нашли ее рыбаки, сначала не поняли, кто это, так тело раздуло, ты бы видел, не уз…
– Что рассказать о них можешь? – перебил его Свят.
– Дак а что… Ну, жили себе и жили. Разве что… Ну…
– Мне слова из тебя выбивать придется?
– Нет, нет, мил человек, ну что ж ты так сразу! Ни ребенка у них не было, ни котенка. Мужиков бобылями у нас кличут, а как бабу одинокую назвать?
– Три одинокие женщины? – уточнил Свят.
– Вдовы.
– Вдовы? – он нахмурился. – Что с мужьями стало?
– У одной от хвори мужик умер, у второй с охоты не вернулся, а третьего ваш брат в поклонении старым богам уличил.
Мужик опустил взгляд и сжался. Свят вздохнул:
– Увезли его?
– Да, увезли. С тех пор много лет минуло, никто его больше не видел.
Он почувствовал на себе взгляд Марьи. Что ж, ей предстоит многое узнать, если Рослава не развалит Святой Полк раньше.
– Остались в деревне одинокие женщины? – спросил Свят.
– Так остались, куда ж им деться. Во-он в том дворе одна, и там, на краю деревни, – мужик махнул рукой. – Больше и не упомню.
– Ступай в дом и запри дверь. Что бы вы ни услышали – не выходите на улицу.
Свят развернулся на каблуках и быстро вышел со двора. Марья нагнала его и спросила:
– Ты знаешь, что погубило женщин?
– Только одна тварь вдовами питается. – Свят поднял голову и посмотрел на темнеющее небо. – Огненный змей.
Когда Лада говорила, что нужно найти тропку, ведущую через болота, Радомиле казалось, это легко. Но стоило им со Жданом выехать из городка, как ее уверенность пошатнулась.
Что, если Лада обвела ее вокруг пальца? Что, если она отправила их прямо в пасть Зверя? Не гоняются ли они за собственным хвостом?
Ждан согласился поехать, но всю дорогу молчал и хмурился. Может, стоило послушать мужа и остаться в городе?
Радомила тряхнула волосами и крепче сжала поводья.
Если сомневаться, то лучше вообще ничего не делать. Кто, кроме ведьм, способен помочь Дарию вернуть душу? Даже если отказаться от помощи Лады, забыть ее слова, то делать что-то все равно придется. Радомила твердо решила вернуть сына и ни за что не отступится.
Сын.
Она приложила ладонь к животу и прикрыла глаза.
