Вот он и обзаводился этими связями. Он некоторое время наблюдал за Марком со стороны. Он заметил все неудачи новичка – такой позор сложно упустить! Но видел он и то, что Марка все равно не отчислили, ну а о покровительстве Жрицы ему наверняка было известно с самого начала. Поэтому он присел за столик Марка поболтать, поделиться знаниями, посмотреть, можно ли в непонятном новичке обрести союзника.
– У тебя же лекция Грей сегодня, так? – как бы между делом спросил Мельхор, разламывая сероватый зерновой хлеб. – Знаешь о ней?
– О лекции?
– О Марте нашей.
– Знаю все, что нужно, – пожал плечами Марк.
– Э, нет, это тебе так кажется! – с непонятной радостью заявил его собеседник. – А Марта наша куда более крута, чем ты думаешь!
Марк степень крутости преподавательницы не измерял, нужды не видел. Ему было достаточно того, что Марта, в отличие от того же Иовина, не заявляла миру каждые пять минут о своей избранности. Да и к Марку она отнеслась уважительно. После первой лекции она попросила его задержаться, спросила:
– Это ведь вы использовали солнечную ферму, чтобы уничтожить неизвестное вражеское оружие?
– Я, – кивнул Марк.
– Опосредованный контроль, да еще при вашем уровне допуска… Это впечатляет. Удачи вам.
– Благодарю.
На этом их общение было закончено, и к новому Марк не рвался. Тем не менее, когда Мельхор явился со своими историями, затыкать его Марк не стал. Лишних знаний не бывает.
Так он и выяснил, что Марта Грей получила образование совсем юной – ей лет двадцать было, когда она выпустилась. Может, следовало сразу обучить ее на Мастера Контроля, но в то время – а было это почти тридцать лет назад – никто из Воплощений ее не заметил, а военное руководство посчитало, что неплохо бы ей обзавестись реальным боевым опытом. Ее назначили механиком в одну из разведывательных групп.
Там, понятное дело, возмутились – потому что разведка всегда подвергается особому риску. Любой командир хочет быть уверенным в своих бойцах… хочет, чтобы это действительно были бойцы! Однако начальство вдруг присылает тощую нескладную девчонку, которая, кажется, и ремонтный набор в руках не удержит. Ее попытались отослать обратно, а когда не получилось, стали изводить, чтобы она сама подала прошение об увольнении.
Но Марту таким не проймешь – ни сейчас, ни тогда. Она работала, не обращая внимания на окружающих, и скоро стало понятно, что у нее действительно талант. Она могла починить что угодно, причем делала это так быстро, что некоторые ее даже колдуньей прозвали. Мол, не может женщина так работать, а вот магия – штука куда более вероятная!
Увы, удача сопутствовала Марте недолго. Во время очередной вылазки в пустоши ее группа столкнулась с вестготами – очередным порождением вируса, который считался условно исчезнувшим: никто не брался сказать, плодит он новых тварей или это никак не сдастся первая волна. Для солдат, оказавшихся под атакой, подобные вопросы не имели никакого значения. Им было важно, что убивают их здесь и сейчас, так какая разница, откуда вылезла смерть? Вестготы, конечно, не такая дрянь, как хазары, но для маленькой группы, да еще на равнине, где не укрыться, и они стали приговором.
Умерли все… Тогда казалось, что все. Сканеры вестготов живых не обнаружили, отступили. А Марта осталась… Накрытая телом своего командира и разрушенным роботом. Израненная. Живая.
– Это прямо рекордная живучесть какая-то, – хмыкнул Мельхор, оглядываясь в сторону кухни, чтобы проверить, не осталось ли там дополнительных пайков. – Ладно что спаслась… Но ведь она далеко оказалась от наших! И все роботы вокруг – перебиты, люди мертвы… Сколько бы она протянула? А ты на ее месте?
– Не знаю.
– Я бы, наверно, день – до следующей ночи, ночью там совсем тухляк!
Марта, видимо, тоже понимала, что тухляк – хотя она наверняка использовала бы иное определение. Поэтому, когда она пришла в себя, она не стала оплакивать товарищей, времени не было. Она даже свои раны обработала кое-как, просто чтоб раздробленные кости двигаться не мешали. А потом она обходила поле, залитое кровью, и из обломков разных машин собирала новых роботов – уродцев, которые, тем не менее, помогли ей пережить ночь.
В пустошах она провела больше года. Марк не представлял, почему, хотя догадывался: твари просто отгоняли ее от контролируемой территории, не давали вернуться к своим. И это многих бы свело с ума, лишило сил, заставило сдаться, но Марта не отступила. Даже когда ее раны воспалились, когда ее мучало сильнейшее отравление, потому что еду приходилось получать методом проб и ошибок. Когда ее наконец нашли, в ее распоряжении был отряд из двадцати роботов – в том числе и собранных из древних моделей, считавшихся бесполезными.
