– Он мне сказал, что у ее вещи странное настроение: вроде бы дождь, молнии и грусть, но ты видишь росу и солнце. Словно тот, кто ее делал, сложил два настроения, непостижимым образом поняв, чего мне и ему не хватает… – Инира тряхнула головой: – Да глупости все это! Видимо, ей просто удалось задеть что-то в наших душах. Откуда у ведьмы взяться способностям драконов?
– От матери, я так полагаю, – усмехнулся Сандр. Не сдержался и поддел: – Ты прочла только начало досье?
– Просмотрела, – фыркнула Инира. – Ее мать… дракон?
– Да, из Рудьяра. А еще у нее сестра-близнец. Тоже дракон.
– Ее сестра – хозяйка подлунных земель?
– Насколько помню, нет, – пожал плечами Сандр.
– Насколько помнишь? – тонкие брови эльфийки насмешливо дрогнули. – Ты с ними знаком?
– Пару дней. Их стараниями я все еще жив… Хотя, когда они меня лечили, я сильно сомневался в этом.
– А во второй сестре нет искры? – встрепенулась Инира.
– Они близнецы, – напомнил Ассандр.
– Точно! – расстроенно вздохнула она. Искры древней магии никогда не было у тех, кому повезло родиться с другом. – Ладно. Что показал браслет сегодня?
– Из пятнадцати осталось только десять, – хмуро сообщил Сандр. – В остальных сила ослабла, а потом угасла. Теперь они просто хорошие портные.
Как и первые пятеро из двадцати. Стоило им сдаться, как магия просто испарилась.
На двери родного дома болталась целая россыпь листовок, а по ступенькам крыльца спускался, радостно посвистывая, худой мужик с тонкой бородкой. Попался!
– Стоять! – рявкнула я. – Прокляну!
Тот замер с занесенной ногой. Судя по налипшему на него ассортименту заклинаний и заговоров, любила разносчика не только я. Любил его весь наш квартал.
Так. Что этот паршивец у меня цапнул? Ага, «Внимание тещи» пару дней назад. И только что отоварился «Абсолютной трезвостью». Хороший заговор. Теперь его даже от вида бутыли будет воротить. Может, прикрепить возле дверей парочку пустых? На всякий случай. Если головомойка не подействует.
Я обогнула статую разносчика, содрала листовки и быстро просмотрела.
Объявление о снижении цен на сбрую в лавке «Конское счастье». На кой мне сбруя?
Объявление о продаже престарелого пегаса, который «уже не летает, но по земле бегает очень быстро», а также «громко и музыкально ржет». Да, именно о таком мечтает каждая ведьма! Будут с вороном состязаться, кто громче. Учитель музыки, что живет напротив, точно мой дом спалит. Вместе со мной и музыкальным пегасом.
Объявление о наборе в школу вокала. Может, Рэну отдать?
Объявление о сдаче двухэтажного дома… О поиске няни, об открытии новой лавки, о…
А тут что? Приглашение… на швейный отбор? С совершенно простыми вопросами?! Ах ты ж… Вот за это он мне точно ответит!
– Повернитесь! – скомандовала я. И когда на меня уставились нахальные светлые глаза, потрясла перед ними пачкой листовок: – Что ж вы устаревшую информацию распространяете, а? Захочу я на отбор, а он уже почти закончился. Или сбрую решу себе купить, а там цены о-го-го. А пегас? Вдруг он к своим пегасьим предкам уже отбыл? На ком я буду ездить? Расстроюсь, вернусь домой, от избытка чувств прицеплю на дверь что-нибудь не то. И суд меня оправдает!
Сопушки, которые еще в поместье категорически отказались лезть в сумку и всю дорогу ехали на моем плече, грозно защелкали клювами, замахали лапками. Мужик побледнел, судорожно сглотнул.
– Может, даже пошлют меня за ваш счет в какую-нибудь лечебницу на берегу моря. Избыток чувств исцелять. А вы так и останетесь ухать на болоте.
– Почему на болоте? – шепотом спросил он. – Совы вроде там не живут…
– А кто сказал, что из вас сова получится? Вон из них… – я кивнула на сопушек, – не получилась.
В глазах разносчика заплескался настоящий ужас. Он схватился за щеку, словно проверял, не отрастает ли пушистая белая шерстка.
– Смотреть нужно, что лепите! Мало «внимательной тещи»? Хотите на болото?
– Не надо! – наконец обрел дар речи мужик. – Не злитесь, госпожа ведьма!
– А кто злится? – стараясь не смеяться, спросила я. – Я провожу инструктаж. Раз вы взялись разносить листовки, будьте добры соответствовать! Прежде чем что-то клеить на мою дверь, прочитайте сами и уточните!
Мужик поклялся «соответствовать» и рысью бросился наутек.
Кажется, проблема решена.
Не успела затащить в дом чемодан с сумкой, как в кармане звякнула шкатулка.
Внутри оказалось до удивления скупое послание: «Немедленно свяжись со мной! Д.».
Дион? Главный и единственный целитель лечебницы, где я работала, отличался вредным и скандальным характером. Но выходные, как свои, так и чужие, были для него священны. Значит, случилось что-то действительно из ряда вон выходящее. И лучше уж мне лично все услышать.
– Не хотите обратно в лечебницу? – спросила я сопушек.
Тех буквально ветром сдуло с плеча. В сумку.
– Ну, как хотите.
Оставив зверье отсиживаться среди зелий, я полетела на работу.
