По одной половине зеркала шли круги, на второй половине мама кусала губы. Я сама чуть не оторвала кусок рукава, нетерпеливо всматриваясь в гладкую муть.
Наконец появился папа. Худой, изможденный. Черные волосы отливали желтизной, на щеке виднелось несколько царапин. Зато зеленые глаза буквально сияли.
«Как вам удалось выбить свидание?» – жестами спросил он.
Папино умение изъясняться подобным образом было воистину феноменальным – лет до десяти я считала, что в таком способе общения нет ничего странного.
– Отец одной из учениц помог, – призналась мама.
«Странно… Тут…»
Изображение папы поплыло, а когда вернулось, он быстро написал на бумаге и показал нам: «Не думайте о чести!»
Мы с мамой удивленно переглянулись, папа скомкал лист и бросил за зеркало. Что-то неуловимо изменилось в его лице. Он больше не жестикулировал. Только смотрел. И глаза его были пустыми.
Что за…
Нет, наверное, почудилось. Да-да, из-за помех, потому что изображение дернулось и вновь поплыло. Через пару секунд остановилось.
«Со мной все хорошо, – жестами показал папа и улыбнулся. – Я и не в такие переплеты попадал. Не переживайте. – Он посмотрел куда-то вбок, кивнул и, вновь повернувшись к нам, добавил: – Люблю! До свидания!»
Его половина погасла. А мы с мамой долго смотрели друг на друга.
– Ничего не понимаю, – растерянно прошептала я. – Что значит «не думать о чести»?!
– Спасать его, забыв о принципах… – без особой уверенности предположила мама.
То есть побег? А потом всю жизнь скрываться и прятаться? Сдаться, не вступив в бой?
– Совсем не похоже на папу, – я с сомнением покачала головой.
– Возможно, ему там куда хуже, чем кажется, – парировала мама. – Я сегодня же поговорю с Лорной, она обещала помочь.
– Что-то не так, мам… – медленно заговорила я, пытаясь поймать ускользающую мысль. – Эти странные помехи… И то, как папа вел себя. В начале и в конце свидания он был прежним. А в середине его словно подменили.
Не знаю, можно ли перехватить связь зеркал и влезть в нее, но все выглядело именно так. Кто-то хотел подтолкнуть нас к организации побега. Зачем?
– Или в середине свидания он как раз был настоящим, – мама стала бледной как смерть.
Она была готова обернуться и лететь спасать папу прямо сейчас.
– Мам, не торопись! Я сегодня поговорю с советником, потом будем думать о… – в последнюю секунду я прикусила язык, чуть не сболтнув лишнее, – обо всем остальном, хорошо? И надо бы нам впредь быть… поосторожнее с зеркалами.
Мама побледнела еще сильнее, тихо выдохнула:
– Ты права.
И отключилась.
К поместью леди Иниры я неслась так, что чуть не потеряла одного из паучков. Пришлось вернуться и подобрать. У ворот меня встретил телохранитель.
– Со мной поедет сестра. Айлин М Гриан, – едва дождавшись, пока он проверит магией багаж и сопушек, выпалила я. – Она потом к нам присоединится.
– Хорошо, мисс, – кивнул телохранитель, сделал отметку в свитке и пропустил меня внутрь. – Отправляйтесь к конюшне.
Добравшись до места, я первым делом поискала глазами советника. Его нигде не было видно, хотя вороного пегаса как раз выводили из стойла и тот приветливо пытался укусить конюха. На дороге стояли три вместительные, но пока пустые кареты, четыре фургона, возле которых суетились слуги леди Иниры, и несколько крытых повозок, больше похожих на телеги с высокими бортиками, деревянными крышами и боковыми раздвижными тентами. В них грузились конкурсанты. По двое. А нас осталось тринадцать. Интересно, кто же поедет один? Ха, точно не я. Вот даже сомнения не возникло, с кем придется путешествовать.
Спикировав к Фрэнсис, я собралась закинуть чемодан, но меня остановил мистер Касарди:
– Мисс Гриан, вам не сюда. Леди Инира решила разместить всех в случайном порядке.
Меня отправили к томному эльфу. В соседнюю повозку. Тот уже активно делил ее на две части, ругаясь с престарелым слугой. Увидев меня, лорд Фразиэль непримиримо заявил:
– Это моя половина!
Половина? Ну-ну. Палец эльфа указывал на добрые две трети, которые были отгорожены от оставшегося закутка плотной тканью, намертво прибитой к дощатым полу и потолку.
Я спорить не стала. Сгрузила пауков вместе с чемоданом, нацепила сумку на плечо и помчалась к особняку, на ходу доставая прошение.
Едва я миновала лабиринт, как на пороге черного входа возник лорд Аранхорд собственной персоной. Выглядел он куда живее, чем в прошлую встречу: в движениях появилось что-то упругое, хищное, глаза азартно блестели. Точь-в-точь гончая, взявшая след.
Я мгновенно подлетела ближе и выпалила:
– Доброго дня! Пожалуйста, уделите мне минуту. Это очень важно. Вы обещали.
Лорд Аранхорд с прищуром посмотрел на стиснутую в моей руке бумагу и медленно кивнул:
– Если сможете закрыть нас с вами отводом глаз, я уделю вам больше одной минуты.
– Смогу! – выдохнула я и, пока советник не передумал, потянулась к магии.
– Не так быстро, мисс! – усмехнулся он. – Дайте конюхам хотя бы подвести Заира.
