Преодолев небольшой мост, который, словно выпущенная из города Сердце стрела, врезался в землю на десятки метров ниже поверхности, отряд оказался в узком потайном проходе, укреплённом деревянными опорами. Через незначительный промежуток времени ползанья по подземному лазу путники наткнулись на толстый деревянный люк, не с первого раза поддавшийся усилиям Тонруса, которому в конце концов пришлось передать масляную лампу Кодорку и плечом выбить последнюю на пути к открытому небу преграду.
Четверо мужчин по очереди выползли на поверхность, жадно вдыхая свежий воздух, пропитанный запахом молодых трав и мокрой земли. Чёрное древо сбросил с ноющих плеч объёмный рюкзак и упал на колени, задрав голову кверху. Пока отряд бродил по подземельям города Сердце, Игеру казалось, что пролетели целые сутки, однако день только близился к вечеру. Громоздкие чёрные тучи густой пеленой заволокли небо и спрятали за собой желанное Солнце. Налетел шаловливый ветер, дёрнув путников за изорванные одежды, с которых сыпались на землю комья подсохшей грязи. Кодорк опустился на колени рядом с товарищем, и Чёрное древо увидел, что лицо Ледяных перстов побледнело так сильно, что родимое пятно над правой бровью коричневого цвета стало выделяться, словно пылающий в полной темноте факел. Тёмно-синие глаза друга, под которыми свисали тёмные мешки, помутнели, будто у заядлого пьяницы, перебравшего с пойлом. Прежняя упрямая решимость во взгляде Кодорка бесследно исчезла.
– Я хорошо себя чувствую, друг, – произнёс Ледяные перста, смахнув со лба прядь заметно потускневших волос, – прошу, не беспокойся.
– Движемся к Осколкам, – посовещавшись с Урхмером, громко объявил Тонрус и навис над Кодорком, – кроме тебя, парень.
– Что? – Кодорк окинул бритоголовых непонимающим взглядом, – Я пойду с вами!
– Нет, друг, – Чёрное древо покачал головой и махнул рукой на величественно возвышающийся неподалёку город, – возвращайся в лагерь беженцев и предупреди Зиндара.
– Нет. Я пойду с вами, – пробормотал Ледяные перста, с трудом поднявшись с колен, – поверьте, я справлюсь. Всегда справлялся.
– Не в этот раз, – не терпящим возражений тоном произнёс бритоголовый Тонрус, – после купания в Проклятом источнике ты и дня не протянешь в пути.
– Храбрый юноша, – мягким жалеющим голосом заговорил Урхмер Заслон, – прошу, не изображай из себя героя, сынок. Сейчас тебе необходим достойный отдых, а не бегство за приговорённым к смерти гиратом.
– Игер? – опустошённый взгляд Кодорка замер на Чёрном древе.
– Возвращайся в лагерь и предупреди Зиндара, – хладнокровно повторил Игер, с сочувствием посмотрев в воспалённые после бессонной ночи глаза товарища, – возвращайся в лагерь, друг.
Перед расставанием Чёрное древо крепко обнял Ледяные перста. Горький ком подступил к горлу Игера, и острые иглы разом впились в щемящее сердце. «Увидимся», – Кодорк стоял слегка пошатываясь, безуспешно скрывая навалившуюся слабость. «Непременно», – Чёрное древо хлопнул товарища по плечу. Чтобы скрыть разом нахлынувшие эмоции, Игер до крови прикусил язык, и Кодорк поступил также. С неба обрушился мощный ливень, стерев с утомлённых лиц путников грязь, пот и кровь. Бритоголовые спрятали потухшие лампы в земляной проход и захлопнули замаскированный от посторонних глаз деревянный люк. Тонрус пожелал удачи Ледяным перстам, закинул брошенный Чёрным древом рюкзак за спину и уверенным шагом направился на северо-запад. Игер и Урхмер поспешили за ним, а Кодорк, проводив товарищей тоскливым взглядом, побрёл в сторону города Сердце.
Ближе к закату, когда подтопивший округу ливень лишился прежней мощи, превратившись в слабенький моросящий дождь, отряд устроил привал на продолговатой поляне, по кругу огороженной густыми кустарниками. Чудом отыскав поблизости несколько сухих веток, путники с немалым усердием разожгли крохотный костёр и вдоволь наелись безвкусных сухарей из предоставленных госпожой Мёргдис припасов. После скромного ужина Урхмер и Игер свалились спать, беспрекословно доверив Тонрусу свои жизни. В полночь Заслон сменил бритоголового товарища, а ближе к рассвету уступил пост Чёрному древу.
До наступления рассвета продрогший до костей Игер разбудил соратников, и отряд, наскоро подкрепившись размокшими сухарями, отправился в путь. Впереди за пустынной равниной раскинулись Затопленные холмы, представляющие собой скопище огромных земляных бугров, в низменностях между которыми стояла затхлая вода жёлто-зелёного цвета. На подходе к возвышенностям путники почувствовали дурманящий гнилостный запах.
– Чтобы сократить путь к Осколкам, придётся немного подышать местными ароматами, – произнёс Тонрус, прикрыв рот и нос широкой ладонью.
