— Ээ… это? Я совсем забыла, — пролепетала карисса. — У одного из мальчиков сегодня день рождения. Мы хотели устроить детям праздничный ужин.
— Джедд, — слегка наклонил голову Касс, — найди Рамса — пусть возьмет с собой пару человек. Нужно отнести котел в трапезную и раздать еду детям.
— Мы могли бы и сами, — неловко замялась сестра Эрис.
— Ну что вы, карисса, — изобразил на лице искреннюю заботу Касс, — зачем же слабым женщинам таскать такие тяжести? Вы лучше пойдете сейчас со мной и покажете содержимое ваших кладовых.
— З-зачем? — запнулась женщина.
— Хочу видеть, сколько в них осталось продуктов, — ничуть не смутился Ястреб. — Должен же я знать, чем могу помочь приюту.
— Вы и так достаточно помогаете, — попыталась остановить его карисса.
— Видимо, недостаточно, раз детям не хватает еды, — огорченно вздохнул Касс, покидая кухню. — Так вы идете? — повернулся герцог к неподвижно застывшей сестре Эрис. — Или мне искать ваши кладовые самому? — неожиданно резко рявкнул он.
— Иду, — побледнела карисса и, подняв полы кихла, медленно двинулась за герцогом.
Маленькая мышь, поднявшись на задние лапки, самозабвенно грызла найденную на полу соломинку, и разглядывающий её с высоты Лэйн вдруг пожалел, что он не мышка и ему не достаточно всего лишь соломинки, чтобы насытить свое обессилившее от голода, холода и отсутствия воды тело.
Лэйн потерял счет проведенным взаперти дням, время словно намеренно замедлилось, продляя его муки. Холод подвала, пробиравший до мозга костей, отобрал у ребенка последние силы. Старый матрац, набитый полусгнившей соломой, как ни кутался в него Лэйн, совершенно не грел, а каждое движение рукой причиняло невыносимую боль, едва ребенок пытался натянуть его на себя посильней. Занозы, которые мальчишка загнал в ладошки, удирая от гончих, загноились, потому что вытащить их в кромешной темноте не представлялось никакой возможности.
Сейчас Лэйн мог видеть всё как днем, но это, к сожалению, не приносило никакой пользы. Тело жило своей жизнью, а висевший под потолком мальчик — совершенно другой.
Это случилось ночью, и Лэйн точно не понял, что произошло, когда, очнувшись, увидел себя со стороны — худеньким тельцем, неподвижно лежащим в углу. Впервые за долгое время у него ничего не болело, и это ощущение легкости и тепла поначалу невероятно обрадовало мальчика.
С одной стороны, ребенку очень хотелось попробовать, сможет ли он в его теперешнем состоянии пройти сквозь стену, а с другой — было очень страшно, что у него не получится вернуться обратно.
Последний раз что-то подобное случилось, когда еще была жива мама. Лэйн упал с лестницы и очень испугался, что умер, обнаружив себя зависшим над тормошащей его тело матерью. Она так громко и отчаянно его звала, что вернуться назад получилось как-то само собой. Тогда Лэйн побоялся рассказать маме о случившемся, а теперь жалел, что не расспросил хотя бы достопочтенного аптекаря Орвеса, что это могло быть. Сейчас рядом не было никого, кто мог бы позвать его и заставить вернуться в свое тело, а как сделать это самому — мальчик не знал. Радовало ребенка только одно: такому Лэну совершенно не хотелось ни есть, ни пить, ни спать.
Темное помещение внезапно озарилось тусклым светом, и парнишка изумленно уставился на возникшую из ниоткуда женскую фигуру. Она словно плыла по воздуху, отбрасывая от себя оседающую на пол золотую пыль. Остановившись у лежащего на полу тела мальчика, она наклонилась, осторожно коснувшись тонкой рукой его торчащей из-под грязного матраца макушки. Резко развернувшись, женщина безошибочно повернула голову в ту сторону, откуда на нее смотрел Лэйн.
— Вот ты где, — незнакомка вытянула руку и, загадочно улыбнувшись, поманила ребенка к себе пальцем.
Словно зачарованный, Лэйн смотрел в ее яркие, как солнце, глаза. Никогда в жизни он не видел подобного цвета: желто-горячего, похожего на расплавленное золото. Женщина была невероятно красивой, такой красивой, что дух захватывало. Длинные черные волосы, доходящие до самого пола, искрящейся рекой стекали по ее плечам и спине и, казалось, летели по воздуху следом за своей прекрасной хозяйкой.
Мальчик невольно подался вперед и завис в шаге, восхищенно разглядывая удивительное лицо женщины.
— Не бойся меня, Лэйни, — мягкий переливчатый голос красавицы, будто серебряный колокольчик, зазвенел в тишине подвала. — Иди сюда, — женщина протянула ребенку белоснежную ладонь. — Пора возвращаться, малыш. Тебе еще рано путешествовать так долго.
Лэйн, не задумываясь, вложил в теплую женскую ладонь свою руку, и боль безжалостно обрушилась на него, заставив зайтись в беззвучном крике.
— Потерпи немного, — ласково прошептала незнакомка, погладив Лэйна по щеке. — Ты ведь крепкий и мужественный мальчик? Мы с тобой сейчас полетаем.
Лэйн зашевелил потрескавшимися губами, пытаясь сказать доброй женщине, что он очень хочет пить и у него совсем нет сил. Его измученное тело вдруг вновь обрело способность двигаться.
Женщина положила на глаза ребенку руку и тихо прошептала ему на ухо:
