— Что это с тобой? — удивленно раскрыл рот мастрим.
— А что со мной? — не понял Касс.
— Ты бы в порядок себя привел, что ли. Женщины же вокруг, — заметил рыжий, протянув Ястребу ведро.
Наклонившись, чтобы напиться воды, Касс неожиданно увидел свое отражение и ужаснулся. В волосах застряли перья, мусор и солома, а его рубаху украшали белые пятна куриного помета и яркие потеки разбившихся яиц.
— Троллье дерьмо! — простонал Касс.
— Не знаю, как на счет тролльего, — скептично фыркнул Джедд, — но что дерьмо — так это точно. Пойдем, воды тебе солью, помоешься, — направился в сторону колодца мастрим. — У тебя переодеться хоть есть во что?
— Не знаю. Есть, наверное, рубаха чистая, — пробурчал Касс, вытряхивая из волос мусор. — В сумке походной, Фрэм должен был положить.
— А то, ежели что, мою возьми. Мне Грасси три штуки собрала. Как чувствовала, что пригодится, — хмыкнул Джедд.
«Ну, замечательно», — отмываясь от запаха курятника, промелькнуло в голове Касса, — «Мало того, что позорно повержен ходячим студнем, вывалян в птичьем дерьме, так ещё и собственные слуги больше заботятся о пришлом мастриме, чем о собственном хозяине!»
Вылив на себя очередное ведро воды, Касс заметил идущего в сторону сараев Грэнда и, махнув ему рукой, небрежно обронил:
— Я сегодня мимо курятника проходил, там дверь сломана. Отправь туда кого-нибудь, пусть починят.
— Слушаюсь, хозяин, — побежал исполнять приказ мужчина.
— Мимо, значит, проходил, — раздалось насмешливо за спиной Касса, и он, резко обернувшись, наткнулся взглядом на вышедшую на улицу Оливию. — Держи, — всунула она ему в руки чистое полотенце. — И оденься немедленно, — недовольно кивнула охотница на его мокрый голый торс. — Нечего мне здесь сестёр смущать.
Касс растерянно прижал к груди чистый кусок ткани, а Оливия, выдрав из рук Джедда его грязную рубаху, пошла обратно.
— Я постираю, — не оборачиваясь, бросила она.
Тяжело сглотнув, Касс заворожено застыл, вытаращившись в её удаляющуюся спину, и очнулся только, когда стоявший рядом Джедд стал подозрительно странно похрюкивать.
— Что? — повернулся к нему Касс.
— Ты, по ходу, не мимо, а сквозь курятник прошёл, — хохотнул Джедд.
Зло запустив в него принесенным Оливией полотном, Касс пошагал к гостевому дому, проклиная на чем стоит свет петухов, кур и их яйца.
Оливия вернулась на кухню, хмуро глянув на покаянно притихших сестёр, усердно что-то жарящих, что-то режущих и что-то перемешивающих. Не заливай их щеки предательский румянец, можно было подумать, что они всё это время работали не покладая рук, но Ли точно знала, чем они занимались и куда смотрели, пока она выходила во двор.
Все началось с того, что две молоденьких послушницы, взбивающие у окна крем, неожиданно выронили из рук ложки и громко воскликнули: «Всевидящий!»
Подошедшая к ним взглянуть, что же там произошло, сестра Тирри вдруг застыла статуей, открыв рот и забыв его закрыть. Сестры Лини и Мэри, побросав сковородки, почему-то тоже встали у неё за спиной, вытянув вперед шеи, как гусыни.
Ли, испугавшись, что случилось что-то ужасное, метнулась к молчаливо созерцающим улицу сестрам, а когда поняла причину охватившего их внезапного столбняка, едва не выругалась каким-нибудь отборным мастримовским ругательством.
Ну, конечно, на что ещё они могли смотреть, как не на здоровенного, полуголого, поливающего себя водой перед их окнами мужика?!
Первым желанием было пойти и врезать Ястребу как следует за такое кощунственное поведение в стенах обители, но, вспомнив его жуткий внешний вид, охотница поняла, что он сделал это не специально. А когда, выйдя во двор, услышала, что он, оказывается, проходил мимо курятника, так и вовсе растеряла весь свой боевой запал. Выглядел он откровенно жалко.
Повертев в руках рубаху Ястреба, Ли бросила её в ведро с водой, стоявшее в углу, решив, что, когда закончит с готовкой, выстирает её. Особого желания делать это у неё не было, но за спасение Лэйна девушка до сих пор не сказала многомордому и слова благодарности, поэтому решила, что выстиранная одежда будет самое оно. Да и не ходить же ему, в конце концов, как чучелу по обители, позоря её перед сёстрами. Тем более что служительницы считали их нормальной супружеской парой, а рассказывать им, кем на самом деле они приходились друг другу, никакого желания не было.
Через час с готовкой было закончено, и Оливия, оставив сестрам и Джедду почетное право вынуть из печи мясную запеканку с овощами и пирожки, отправилась к себе, чтобы переодеться к завтраку, а заодно проведать Лэйна.
Выстиранную рубашку Ястреба девушка повесила в гостиной на стул перед камином и, быстро поднявшись на второй этаж, вошла в свою спальню.
— Ты что здесь делаешь? — обнаружив Касса сидящим на постели у ног мальчика, зашипела она, потом, вспомнив, что он вроде как усыновил ребенка, неловко замолчала и добавила: — Ты разбудишь его.
— Я просто хотел посмотреть, как он, — поднявшись, стал оправдываться герцог.
Ли ласково глянула на мирно посапывающего ребенка, заботливо подоткнула одеяло и вздохнула:
