— Он кричал во сне ночью, потом долго не мог уснуть. Сестра Энни сделала для него успокаивающий отвар.
— Ты сказала ему? — Касс не знал, как мальчик отреагирует на новость о своем усыновлении, но очень надеялся, что не очень расстроится.
— Нет, — по большому счету, Ли тоже боялась, что Лэйн огорчится, когда узнает, что его одарили родителями без его согласия. — Потом как-нибудь, — потупилась она.
— Если хочешь, я сам скажу, — предложил герцог.
— Что сказать? — тихий голосок Лэйна заставил и Ли, и Касса вздрогнуть. — Случилось что-то плохое?
— И давно ты не спишь? — сел на кровать Касс. Пока не пришла Оливия, он провел у постели ребенка около получаса, разглядывая бледное лицо Лэйна, и все это время его не покидало ощущение, что мальчик не спит. Видимо, не ошибся. — Ничего плохого не случилось. Наоборот. Кариссу и злых сестер заперли в подвале, так что теперь больше никто не будет обижать твоих друзей.
— А если их оттуда выпустят?
— Не выпустят, — взъерошил вихры Лэйна Касс. — Приедет нунт с Гончими, и их увезут в Дэрмонг, а там, после вердикта синода, отправят кого в Чертог, а кого в острог.
— Тогда что мне должна была сказать Ли? — голубые проницательные глаза мальчика встретились с зелеными глазами Касса и настороженно расширились.
— Видишь ли, — прочистил горло герцог, — так получилось, что теперь у тебя есть родители.
Лэйн растерянно моргнул, бросив испуганный взгляд на охотницу.
— И где они? — прошептал он.
Оливия и Касс тревожно переглянулись и одновременно выпалили:
— Здесь.
Лэйн совсем запутался. Взрослые говорили какими-то загадками, поэтому, повертев головой и больше никого в комнате кроме них не обнаружив, он на всякий случай переспросил:
— Где — здесь?
— Это мы, — опять одновременно произнесли герцог с охотницей и замолчали, удивленно уставившись друг на друга.
— Что — вы? — решил докопаться до истины мальчик.
— Мы твои родители, — наконец пояснил Касс. — Понимаешь, чтобы доказать вину кариссы, нужно было, чтобы у тебя был опекун, а еще лучше — приемные родители. Вот я…
— Ты что теперь, мой отец? — перебил Касса Лэйн, ошарашенный такой новостью.
Касс неловко заерзал по кровати, почему-то ужасно опасаясь того, что скажет дальше ребенок.
— Я понимаю, я не совсем тот отец, на которого ты рассчитывал…
— Это что же, значит, я после тебя теперь в Ястребином Когте самый главный буду? — не дал договорить герцогу Лэйн.
Касс изумленно замер, разглядывая мальчика, а затем согласно кивнул.
— Ну да, — проронил он.
Лэйн закусил губу, задумчиво хмурясь.
— И Рамс меня слушаться будет?
— И Рамс, — настороженно согласился Касс.
— И на Мраке твоем можно будет кататься?
Касс прищурился и снова положительно кивнул.
— И Тарга мне каждый день желе будет готовить, ежели прикажу?
— Будет, если прикажешь, — наконец начал понимать, к чему ведет мальчик, Касс, и сжал губы, невольно расползающиеся в улыбке.
— И меч твой с духом Ашшаис мне достанется? — у мальчишки азартно загорелись глаза, а Касс едва сдержался, чтобы громко не расхохотаться.
— Аргалеон я тебе разрешу брать только тогда, когда ты подрастешь и научишься им управлять, — торжественно пообещал герцог.
— Ладно, согласен быть твои сыном, — милостиво кивнул Лэйн и тут же спохватился: — А Джедд не обидится?
— Боюсь, что с твоими способностями Джедду теперь не справиться, — улыбнулся Касс, с восторгом понимая, что он не противен ребенку. Осознание этого факта отчего-то разливалось в душе нелюдя странным щекочущим теплом.
— С какими способностями? — встряла Оливия, тревожно уставившись на герцога.
— Ты знаешь, кто твой настоящий отец? — спросил у Лэйна Касс.
Лэйн отрицательно мотнул головой, грустно вздохнув:
— Мама говорила, он умер, когда я был маленьким.
— У тебя очень редкий дар, Лэйн, — Касс взял в свою руку ладошку мальчика, — он передается только по мужской линии магов. Таких, как ты, называют Исцеляющими — проводниками заблудших душ.
— Я маг? — хлопнул ресницами мальчик.
— Ты эмпат — маг-целитель.
— С чего ты это взял? — недоверчиво нахмурилась Оливия, присев рядом с Лэйном и поцеловав его в макушку.
— Это не я его нашел, — усмехнулся герцог, — а он меня. Он коснулся своей болью моего сердца, а потом позвал, — говорить о том, что будь на его месте другой человек, мальчик бы попросту его убил, Касс не стал. Такой неконтролируемый поток силы мог разорвать обычное человеческое сердце, и замечательно, что в тот момент ребенок нашел именно его, а не Оливию или Джедда.
— Я что, могу колдовать? — Лэйн приподнялся на подушках, не сводя взгляда с Касса.
— Ты можешь лечить. Не только тела, но и души. Это намного лучше, Лэйн. Целители очень большая редкость, — поднялся герцог, — но тебе надо будет учиться, потому что, не умея правильно пользоваться своим даром, ты можешь навредить людям. Поэтому придется во всем меня слушаться и больше никуда не отлучаться без спроса.
— Я думал, выслежу оллинга, и меня похвалят, — обиженно закусил губу ребенок. — Ильма! — внезапно вскинулся он. — Там была Ильма! Я видел…
— Тише, тише, — заметив, как разволновался мальчик, произнес Касс. — Я знаю об Ильме. Успокойся.
