— Я понял, — вздохнул мальчишка.
— Ну, раз понял, пойдем, поиграем в настоящую мужскую игру — свон, — похлопал Вирта Касс. — В ней нужна сила, ловкость и умение быстро бегать.
— А разрешат? — удивился пацан.
— Уже разрешили, — кивнул на стоящую поодаль и тепло улыбающуюся сестру Энни герцог.
Позвав своих людей, Кассэль дал им указание принести несколько деревянных колышков, чтобы обозначить ими границы поля, а сам, вытащив из ножен меч, стал чертить им на земле игровую сетку. Когда все было закончено, Коэн вручил герцогу биток, сделанный из куска кожи, набитого тряпками и туго переплетенного веревкой.
— Делимся на две команды, — указал рукой Касс на две условно разделенные половины поля.
— Я с тобой, — дернул герцога за штанину Пинн.
— И я, — пристроился рядом Морт.
Дети быстро стали переползать на половину Касса, и в результате Вирт остался в меньшинстве.
— Так не пойдет, — заметил Касс. — Силы должны быть равны.
— Они в любом случае будут не равны, — буркнул Вирт. — Ты вон какой, — мальчик завистливо-почтительным взглядом пробежался по внушительной фигуре герцога. — Твоя команда все равно победит.
— Ну, хорошо, — состроил серьезное лицо Касс. — Тогда я буду один против всех вас. Договорились?
Пинн стал возмущаться, что тогда Касс останется в проигрыше, и это будет нечестно.
— Победителя ждет торт, — решил схитрить Касс.
Разношерстная толпа мгновенно поняла свою выгоду. Мальчишки радостно загудели, о чем-то споря и переговариваясь между собой, а через секунду приняли условия герцога.
Коэн в качестве подающего вышел на центр, высоко подняв в руке биток. На счет три он подбросил его вверх, и дружная ватага орущих детей, сорвавшись с места, стремглав бросилась его ловить.
Поймав биток на взлете, Касс ловко ушел влево от бросившегося ему наперерез Вирта, затем пересек центральную линию, стремительно обошел еще двух детей, а после, крутанувшись вокруг своей оси, перепрыгнул через упавшего ему под ноги Морта.
— Тонг, — громко крикнул Касс, ударив битком о контрольную базу левого квадрата поля противника.
Теперь его задачей было переметнуться на правую сторону, чтобы, добравшись до второй базы, коснуться ее битком. В этом и заключалась суть игры — биток должен был попасть на три основные базы противника: левую, правую и заключительную центральную. Когда удавалось пройти все поле и совершить решающий удар, команде присваивалось очко — свон. Счет устанавливался в зависимости от того, как договаривались игроки. Взрослые обычно играли до десяти свонов, но детям вполне хватало и трех.
Касс выпрямился, приготовившись к новой атаке, а Вирт, утерев рукавом вспотевший лоб, подозвал к себе свою команду.
Мальчишки встали в круг, дружно склонившись к своему капитану. Несколько минут они заговорщически шушукались, периодически косо поглядывая в сторону герцога, а потом разошлись по сторонам, таинственно подмигивая друг другу.
Маленькие проказники что-то задумали, и Кассу, никогда в жизни не игравшему в игры с детьми, оставалось только догадываться, что творится в их хитрых головках.
В бою Ястреб всегда пользовался своим даром видеть мысли противника, поэтому предугадывал, что он сделает в ту или иную секунду, и это спасало жизнь сотням людей, стоявших за его спиной. Но в игре полагаться следовало только на свою интуицию, и она подсказывала Кассу, что дети его собрались сильно удивить.
Как только Коэн дал отмашку, возвестив о начале второго тонга, герцог дернулся вправо, совершая обманный маневр, а когда к нему ринулись сразу четверо игроков, резко ушел влево, в образовавшуюся брешь.
— Сейчас! — вдруг крикнул Вирт, и только Касс успел поднять вверх руку с битком, как в тот же момент вся банда детей набросилась на него, как голодная стая харгарнов.
Несколько человек повисли у него на руках и плечах, двое с разбегу запрыгнули ему на спину, обхватив за шею, остальные бросились под ноги, мгновенно обездвижив герцога.
Касса прошиб холодный пот: он боялся пошевелить рукой или ногой, чтобы случайно не поранить, не наступить и не раздавить кого-нибудь из детей, а маленькие разбойники этим беззастенчиво пользовались. Через секунду пацаны облепили здоровенного маршала, как пчелы рамку с медом.
— Вали его! — заорал кто-то из ребят. Радостно визжащие дети тут же кинулись на герцога, отчаянно дергая его за ноги и за руки. В какой-то момент, потеряв равновесие, Касс покачнулся, и резвящаяся ватага дружно повалила его на землю, отобрав биток.
— Вирт, беги, пока мы его держим! — громко выкрикнул залезший Кассу на грудь мальчишка.
Под громкое улюлюканье и веселый смех собравшихся вокруг игрового поля людей герцога и сестер обители, мальчишка, подхватив биток, быстро двигался от одной базы к другой.
— Свон! — воскликнул он, добежав до конца поля. Подняв вверх руки с битком, пацан стал лихо прыгать, радуясь одержанной победе.
Безудержный смех Касса утонул в громогласном вопле счастливого детского восторга. Мальчишки ползали по лежащему на земле мужчине, толкая его острыми локтями и коленками, а он, запрокинув голову, обнимал их и смеялся, как сумасшедший.
