— Как раз об этом я и хотел с тобой переговорить. Делегация морской долины доставит его на днях. Да, забыл сказать, дочь короля возглавляет ее, — ответил Леон, отсаживаясь подальше.
Император поднялся со своего места и с разгневанным видом приблизился к брату.
— Какого черта, Леон, она сюда едет? Я ее не приглашал, и с ее отцом мы обо всем договорились! — огненные молнии искрились в глазах императора, грозясь вырваться наружу.
— Ну, видимо, она решила взять реванш и попытать судьбу ещё раз.
— Не лги мне! Ты сам подстроил это за моей спиной, пренебрегая всеми нравственными правилами! В наказание, Леон, ты поедешь в Исгорн и будешь возиться с этой дамой сам!
— Но ты же знаешь, брат, мы не можем так поступать с союзниками. И да, ты прав, я немного поспособствовал этому, чтобы оградить тебя от ошибок, о которых ты будешь жалеть вечно!
— О каких ошибках ты смеешь говорить? Отвечай, пока я не свернул тебе голову! — властно произнёс дракон, хватая Леона за шею.
— Маленькая ледяная шлюшка, вот твоя ошибка! Я же не слепой, ты носишься с ней, как со священной реликвией.
— Это не твоё дело, и уж точно не государственная проблема, как я отношусь к своей законной жене, Леон, — овладев гневом, ответил Эргон.
Император подписывал документы, ставя свою личную печать с золотым драконом. В последнее время их накопилось слишком много, поэтому уже несколько часов он напряжённо вглядывался в каждый указ, стараясь не упустить ничего важного.
На столе, помимо государственных бумаг, стоял ларец, накрытый куском чёрной бархатной ткани.
Эргон открыл его и выложил содержимое перед собой. Три крупных, идеально гладких камня, одинаковой круглой формы. В красном будто бы застыл язык пламени, белый выглядел как кусочек льда, а внутри зелёного запечатан маленький полевой цветок.
Их красота несла в себе разрушительную силу, способную подчинить любую стихию. Император прекрасно отдавал себе отчёт, что за оружие оказалось в его руках, но не хватало одного камня, и без него остальные превращались в бесполезные стекляшки.
Блики от свеч бегали по пожелтевшей бумаге, отвлекая от работы. Задумавшись о чём-то своём, мужчина не сразу заметил, как в уголке листка появился знакомый образ с большими глазами и крошечным носом. Рука сама выводила аккуратные линии, повторяя один и тот же рисунок.
В дверь робко постучали, мужчина быстро скомкал листок, будто бы боялся быть пойманным за ужасным преступлением.
— Я занят, — ответил Эргон незваному гостю.
— Извини, я зайду позже, — послышался тихий знакомый голос.
Император встал и открыл дверь, затягивая девушку внутрь.
— Но для тебя свободен. Соскучилась? — вкрадчиво прошептал он.
— Я пришла спросить у тебя кое-что, — ответила она, опуская глаза.
— Ну давай.
— Это правда, что твоя невеста приедет сюда?
Мужчина недовольно прищурился, заглядывая девушке в лицо.
— Не совсем правда. Она приедет в Исгорн, и вы с ней не увидитесь. Насчет того, что она невеста, это ещё не решено, Фрея.
— Спокойной ночи, Ваше Величество, — ответила королева, отстраняясь к двери.
Эргон подхватил ее на руки и усадил на стол.
— Что за капризы? Мне нужно время, чтобы окончить свои дела. Как бы мне не хотелось, они не решаются в три секунды, по щелчку твоих пальцев.
Горячие руки гуляли по бёдрам. Он прикоснулся к ее щеке губами. Девушка уперлась в столешницу, ища опоры.
— Что это такое? — с любопытством во взгляде спросила она, сгребая в руку камни.
— Это то, что сможет защитить людей от любого врага.
— Если это те самые камни, о которых я читала в библиотеке Нордлинга, то одного не хватает, верно?
Император с удивлением посмотрел на жену.
— Неужели ты действительно считаешь меня такой наивной и глупой? — со злой усмешкой спросила она.
— Эта женщина, из морской долины, везёт тебе камень, да? А вот этот камень ты забрал из проклятого замка, — продолжила девушка, крутя перед его носом белым камнем.
— Ты хочешь навсегда уничтожить фемиксир и безраздельно властвовать над всеми землями?
— Нет, я хочу защитить слабых и невинных людей от участи стать бездушными сосудами, рабами ледяных демониц, Фрея, — понижая тон, ответил император.
— А меня? Ты тоже уничтожишь? — обдав мужа ледяным взглядом, спросила королева.
— Если ты меня предашь, не сомневайся, что да… Но ты же не собираешься этого делать? Я думаю, мы поладим, если ты продолжишь меня слушаться, и тогда я не позволю и волоску упасть с твоей головы.
— Это ультиматум?
— Можно и так, конечно, сказать. Но я бы, пожалуй, назвал это предложением, звучит гораздо благовидней. Я не думаю, что подчиняться своему мужчине, который оберегает тебя, так уж сложно, — в его глазах пылал огонь.
— Прекрати, мне слишком жарко! — хватаясь за горло и ловя воздух губами, взмолилась Фрея.
Мужчина отступил назад, с сожалением глядя на девушку.
— Я не хотел, извини.
Огромный сад Астиона припорошило снегом. Цветы обледенели, а ветви деревьев и кустов провисли под тяжестью снежных шапок. Недовольные нахохлившиеся птицы жались друг к другу, толкаясь и галдя.
