Красивое надменное лицо не выражало ничего, кроме пренебрежения и высокомерия. Белые волосы были собранны в высокий хвост, а глаза зловеще светились в полумраке.
— Вечер добрый, господа северяне!
От одного ее голоса леденела каждая клетка, а кровь застывала в жилах.
Хельга подлетела к ней с благоговейным восторгом.
— Мы так рады вас видеть! — почти визжала она.
— Я к вам по делу. Мне нужно больше людей, Вальгард.
— Но, Рагна, я отдал тебе всех до последнего из моего города, у меня нет больше людей.
— Север не ограничивается одним Нордлингом. Я дам тебе отряды, которые уже успела сформировать, соберёшь вместе с ними всех. Мне нужен каждый, даже младенцы и дряхлые старики. И постарайся уложиться в срок, не разочаровывай меня в очередной раз! — сказала она, показав присутствующим звериный оскал вместо улыбки.
В воздухе над Эденемом кружились крупные снежные хлопья. Детвора с неописуемым восторгом собиралась на улицах, завороженно наблюдая за этим необычным зрелищем. Даже седобородые старики не могли припомнить, когда в последний раз такое случалось.
Император держал в руках серебряную чашу, глядя сквозь оконное стекло на посеревшее небо.
— Тебя что-то беспокоит? Мы же готовились к этому много столетий, все происходит так, как должно было произойти, — промолвил Леон, подливая в его чашу вино.
— Меня беспокоит другое.
Леон вопросительно посмотрел на императора, и тот, вздохнув, нехотя произнёс:
— Я обеспокоен тем, что происходит с Фреей. Меня не оставляет чувство, что она сделала что-то в мое отсутсвие, и теперь ее магия выходит из берегов. Но она упрямо молчит. Это не может быть делом рук наших врагов, я бы почувствовал их близость. На днях я чуть не потерял контроль, когда ощутил исходящий от неё аромат эдельвейса. Он был такой сильный, что лишал рассудка.
— Не стоит расслабляться, когда рядом это адское создание. В прошлый раз сочувствие и доверие к злобным ледяным выродкам стоило нам очень дорого, — голос Леона разрывался на части от ненависти.
— Ты знаешь, Леон, иногда мне вообще кажется, что это просто жестокое совпадение, и она не имеет к ним никакого отношения.
— О Боги! Эргон! Отправь ее подальше отсюда, эта ведьма дурманит твой рассудок! Она отличается от них только в одном, им бы хватило мозгов не показывать своё истинное лицо, пока не будет возможности укусить! Я знаю, о чем говорю.
— Я выслушал тебя, Леон, но решения буду принимать сам. Она останется рядом со мной.
Девушка изучала старые чертежи Исгорна, делая пометки на полях. Иба развалилась возле ее ног, ластясь и громко мурлыкая.
— Ты, похоже, домашний котик, а не дикая свирепая кошка, — рассмеялась Фрея, когда Иба начала щекотать ее шершавым языком.
— Ты, похоже, тоже, Фрея.
— Боги! Зачем же подкрадываться, Ваше Величество? — вскрикнула она, прижимая перо к груди. Совладав с собой, королева продолжила:
— Вам угодно получить ещё пару кусков мыла? Или на этот раз что-то ещё вас разгневало?
— Я готов признать свою ошибку и принести тебе извинения. Между нами часто возникает недопонимание.
— А знаешь почему? Потому что ты, Эргон, считаешь себя умнее всех! А если бы я с тобой так разговаривала? Вместо целого предложения произносила бы только первое слово, а потом смотрела бы на тебя как на идиота: почему же ты меня не понимаешь, глупец?!
— Это сложнее, чем ты думаешь, Фрея. Некоторые знания слишком опасны, и, когда ты делишься ими с кем бы то ни было, ты вешаешь на этого человека огромную ответственность. Я защищаю тебя, не более того.
— Я сама способна себя защитить! Тебе мало подданных, которые действительно в этом нуждаются?
— Достаточно, Фрея. Но я хочу защищать тебя и хочу, чтобы ты была рядом, — сказал он, кладя руку ей на плечо.
— Зачем?
— Я достаточно сказал. Если ты считаешь себя такой мудрой, догадайся сама, — понижая голос, ответил император, поглаживая ее холодное плечо своей горячей рукой.
Фрея встала, внимательно вглядываясь в лицо мужчины, словно пытаясь угадать тайный смысл в его словах.
— Я совершила древний обряд, который должен был пробудить мою магию. Ты это хотел от меня услышать, поэтому любезничал со мной?
Лицо мужчины мгновенно окаменело, а в глазах вспыхнуло пламя.
— Я догадывался, Фрея, но то, что я сказал, к этому не относится.
— А отчего ты тогда злишься? — горько ухмыльнулась королева.
— Ты даже не представляешь, что ты натворила, глупышка, — сжимая челюсть, ответил император, — Кто тебя на такое надоумил? Рагна?
— Как много интересного можно узнать из столь короткого разговора. Откуда ты про неё знаешь?
— Я знаю об этом с момента твоего побега в пещеру к своей подружке, Фрея… Тебе полегчало? — стальным голосом продолжил он.
— Ты лгал мне! Ты все время лжёшь! Катись в бездну! За что такое чудовище встретилось на моем пути? — кричала девушка, толкая мужчину в грудь.
— Успокойся и не смей упрекать меня в том, в чем сама грешна, — беря себя в руки, ответил император.
— О чем еще ты лгал?
Слёзы стекали по ее щекам, и, замерзая, кусочками льда разбивались об пол.
— Ты видишь, что ты сделала? Ты навредила сама себе, Фрея.
