Несмотря на предостережения Зузу и Джови, ничего не случилось. Ну, ничего более странного, чем уже произошло. Дверь не исчезла, и над ней по-прежнему светились слова.
– Мне нравится тот эльф с ушами, – пробормотала Джови, подходя ко мне и тоже принимаясь рассматривать дверь.
– И эльфийская королева, – добавила Зузу, вместе с нами водя ладонями по двери. – Она так круто рассказывала о том, как станет прекрасной и ужасной и как все будут её любить и страдать по ней.
– Развивала уверенность в себе, – согласилась я, и девочки рассмеялись.
Мы втроём рассматривали заледеневшее дерево с необычной дверью, практически не замечая Неда. Мне всё ещё было немного странно общаться с новой, симпатичной версией Джови и чуть более вредной версией Зузу, но, кажется, мы понемногу сплачивались в одну девчачью команду. Что-то вроде трёх мушкетёров, но только девчонок и без усов. Скейтбордисток в розовых сари, но без розовых сари. И без скейтбордов. Вроде ангелов Чарли, только без причёсок семидесятых годов и таинственного бестелесного голоса.
Вот почему, когда Джови и Зузу споткнулись, я смотрела на них, а не на Неда.
– Вы в порядке? – спросила и вдруг ощутила, как щиколотки будто кто-то сжал огромной рукой.
Опустив голову, я увидела, что мои ноги опутал могучий древесный корень! Что происходило?
Подруги, которых затягивало под землю, громко закричали, и я попыталась до них дотянуться, но не смогла пошевелить ногами. Цепкие корни держали мёртвой хваткой.
– Ну смотри, если это всё твои фокусы, придурок! – крикнула Зузу. Её ноги почти полностью погрузились в замёрзшую землю.
Нед в ответ захохотал. Его зловещий смех был очень похож на шипение. Я повернулась к нему, как в замедленной съёмке, и увидела, что его глаза стали скорее жёлтыми, чем синими, а его идеальная кожа покрылась чешуёй.
– Ты – змей? – взвизгнула я.
Я попыталась распутать корни, но ничего не получалось.
Нед передёрнул плечами и выпустил изо рта язычок пламени, а затем принял иной облик, гораздо более устрашающий, – с чешуёй, клыками, длинным хвостом и вертикальными зрачками.
– Почти. Я – дракон.
– Я сразу поняла, что с тобой что-то не так! – крикнула я.
Но поняла слишком поздно. Я не успела договорить, как дверь в стволе распахнулась, и корни, смачно сглотнув, пропихнули Джови и Зузу в дверной проем. Это было немного похоже на то, как руки запихивают пищу в огромный рот. И вопли моих подруг мгновенно стихли. А я осталась один на один с мальчиком-драконом.
– Что ты сделал с моими друзьями? – Я натянула лук и прицелилась в ехидные жёлтые глаза Неда. – И кто ты, черт возьми, на самом деле?
– А ты не догадалась?
С громким хлопком Нед снова стал мальчиком. Затем изящным движением руки достал из воздуха сложенный в плоский блин цилиндр фокусника и взмахнул им, раздвигая в полноценную шляпу. Да, у Неда был стиль, надо отдать ему должное. Он был не прав, но стиль у него имелся.
– Обидно, вообще-то, Киран, – проговорил Нед, лихо нахлобучив цилиндр себе на макушку. – Вот Горгону ты узнала. Но, видимо, образование в США страдает отсутствием многообразия историй для разбора и изучения. Правда, скоро это не будет иметь никакого значения.
– Хватит говорить загадками, – рассердилась я. – Кто ты?
Полумальчик-полудракон, который и теперь ухитрялся выглядеть идеально, развязно поклонился.
– Я же сказал, меня зовут Нед Хогар. Впрочем, может быть, лучше произнести это по-скандинавски – Нидхёгг. Я дракон, обитающий среди корней Иггдрасиля. – Нед взмахом руки указал на дерево перед нами.
Стоп.
Что?
– Иггдрасиль… Ты хочешь сказать, что старый ясень на лужайке у Бергеров и есть великое мировое древо[13], о котором рассказывают скандинавские мифы? Ты что, шутишь?
– Нет, дорогая, извини. Ни разу не шучу. – Нидхёгг вздёрнул светлую бровь и одарил меня сногсшибательным, как, видимо, он сам считал, взглядом.
– Ну, хорошо, ты – дракон из скандинавских мифов, но мне на это плевать, – выпалила я. – Что ты сделал с моими друзьями? Верни их немедленно!
– Твои друзья в безопасности. Они находятся внутри ствола вместе с принцем Лалкамалом, – сообщил Нед.
Я недоверчиво посмотрела на мощный ствол, который вовсе не казался полым, но в котором сейчас находились мои друзья.
– Как получилось, что Лал был похищен бхутом из Запредельного царства, а очутился в скандинавском мифическом древе?
– Это часть грандиозного плана, – ответил Нед, таинственно улыбнувшись.
– Какого ещё плана? – произнесла я как можно твёрже и направила стрелу Неду в грудь.
Он снова вздёрнул бровь, наконец-то заметив, что я целюсь в него из лука.
– Это довольно невежливо с твоей стороны.
Нед легко качнул ладонями, и ещё один корень обвился вокруг моих рук, не давая возможности выстрелить.
– Пусти! – Я стала яростно крутить кистями, пытаясь освободиться. – Вели дереву отпустить меня!
– Зачем? – Нед, точнее, Нидхёгг тихо проговорил: – В скандинавских сказаниях есть предсказание о трёх вёльвах – девах-колдуньях. Может, это вы?
