– Ни в коем случае! – воскликнул К. П. Дас. – Свадьбу надо отменить! Мы должны избежать Большого сжатия, а потом схлопывания любой ценой.
– Мы обсуждали этот вопрос и решили, что вам надо собрать армию сторонников, которые незаметно проберутся на свадьбу и помогут замедлить церемонию! – Шейди Сэйди пришлось повысить голос, чтобы перекричать шум расщепителя, создающего кротовую нору.
– Не обижайтесь, ваши гениальности, но это всё, что смогли придумать величайшие умы мультивселенной? – чирикнул Туни. – Армию, которая развалит свадьбу?
– Да, – кивнул К. П. Бабу, придерживая дхоти, чтобы его не задрал ветер, дующий от вращающегося расщепителя, или кротовой норы, или предкротовой норы, – короче, от устройства в конце комнаты. – Ваша подруга Мати и члены СРС уже собирают силы. Вы должны помочь друзьям подготовиться и одеться так, чтобы незаметно смешаться с толпой.
– А если не получится, – крикнула Шейди Сэйди, – используйте бабочек!
– Что?
Ветер бил в лицо с такой силой, как будто в комнате начиналась буря.
– Эффект бабочки! – крикнул Эйнштейн-джи, но я с трудом разобрала слова из-за шума.
– Эффект бабочки? – крикнул Нил, помогая брату забраться на спину Раату, потом сам вскочил в седло.
Раат переступал с ноги на ногу, пытаясь устоять на ветру.
Туни уселся мне на плечо, Банти опустился передо мной на живот:
– Ваша карета, принцесса! – промурлыкал он.
Я с благодарностью села на него и крепко взялась за густую шерсть на его загривке.
– Эффект бабочки – это о том, что взмах бабочкиных крыльев в Майя Пахар может вызвать ураган в Запредельном царстве? – громогласно проревел Банти.
Кротовая нора вращалась всё быстрее, исходящий от неё свет заливал всю комнату.
– Да, вроде того, – крикнула Шейди Сэйди. – Суть в том, что, какой бы передовой ни была наша наука и как бы точно она ни прогнозировала, к примеру, погоду, в нашем мире всегда есть место непредсказуемости и неожиданности. Тем и прекрасна вселенная. Это и есть эффект бабочки.
– Ты можешь быть уверен в чём угодно, но всё меняется! – К. П. Дас хлопнул в ладоши, и Банти попятился, готовясь к прыжку в вертящуюся кротовую нору. – Бабочка махнёт крылышком над миром, и окружающая тебя реальность вмиг изменится.
Я плохо представляла, как эффект бабочки поможет нам остановить свадьбу, но спрашивать уже было поздно. Грохот стоял такой, что я не слышала собственных мыслей, а от вспышек света было больно мозгам. Сэйди нажала кнопку на приборной панели, и закручивающаяся водоворотом кротовая нора раскрылась, как глаз фотообъектива. Комната тряслась, словно взлетающий космический корабль.
– Вперёд! – сказал Эйнштейн-джи.
Ну, мне так показалось. Могучий ветер мигом уносил все слова, он даже сорвал колдовской колпак с головы учёного и разметал во все стороны его кудрявые седые волосы. Эйнштейн жестом изобразил, как открывает книгу, и указал на мой рюкзак, куда я сунула «Тхакурмар Джули». Последние его слова перед тем, как мы прыгнули в кротовую нору, были: «Верь в силу историй!»
Совершенно очевидно, что кротовая нора/расщепитель атомов Научной корпорации умников имела отличную систему навигации. Она не просто перенесла нас в Запредельное царство целыми и невредимыми, но доставила прямо ко входу в пещеру, где располагалась штаб-квартира группы сопротивления СРС. Нас встретили разгневанный господин Кебаб и смущённые Будху и Бхутум. Я с удивлением увидела на мохнатой обезьяньей голове картонную корону Нила.
– Уехав искать меня, ты оставил заместителем Будху? – прошептала я Нилу, слезая с Банти.
Да как ему такое в голову пришло? Обезьяний принц был не в состоянии следить даже за собой, не то что за царством.
– Не только его, – горячо возразил Нил, погладив Раата по носу. – Ещё Бхутума.
Я закатила глаза. Совиный принц Бхутум был ещё хуже Будху. Он почти не умел говорить, питался грызунами и мог летать только задом наперёд. Не самый удачный вариант.
Похоже, господин Кебаб думал так же, потому что, едва мы вышли из кротовой норы и Нил помог Лалу спешиться, министр сорвал картонную корону с головы обезьяньего принца и нахлобучил её на идеальные кудри Лала.
– Ну вот, наконец-то у нас есть новый царь! – воскликнул он без всякой торжественности.
– С благодарностью принимаю эту честь, – сказал Лал.
Нил осторожно помог брату присесть на камень.
– Лучше ты, чем я, братец, – проговорил он.
Но выражение обиды на его лице противоречило его же словам. Я отвернулась, чтобы не видеть, как Нил переживает. Я, конечно, тоже была отчасти виновата в том, что Нил сильно расстроен, но не знала, как исправить ситуацию.
– Где Мати и Найя? – спросила я принца обезьян.
– Арре[25], у них секретное совещание СРС, яаар[26], – как всегда безмятежно протянул Буддху. – Мне их не понять. Рад тебя видеть, братец Лалкамал. Как хорошо, что небольшой отдых в стволе дерева не повредил тебе, дружище.
Лал ответил улыбкой и кивком.
