Раккоши радостно завопили. Нянюшка и Шурпанакха довольно сияли. Ронту, будущий царь Запредельного царства, оторопел.
– Но… ты же ракша! Я не хочу на тебе жениться! – выпалил он.
Нянюшка взмахнула руками у него перед носом:
– Ты красотой невесты ослеплён. Ты очарован, околдован, ты влюблён.
Она щёлкнула пальцами, и на лице принца отразился восторг.
– Я обожаю тебя, моя царица, моя любовь, – воскликнул Ронту, хватая Пинки за руку.
Пинки ничего не ответила, но, похоже, такая мгновенная перемена настроения вызвала у неё гадливость. Со слезами на глазах она повернулась к Шеше, словно сама не верила в то, что натворила. Шеша выл, рычал и яростно тряс клетку.
– Как ты посмела, глупая ракша? – заорал он. – Как ты посмела выбрать другого?
– Тебе была нужна только моя сила! – закричала в ответ Пинки. – А вовсе не я! Я тебя не интересовала!
– Ты будешь жалеть об этом всю свою жизнь! – завизжал Шеша. Он повернулся к остальным раккошам. – Все демоны об этом пожалеют! Я вас уничтожу, чего бы мне это ни стоило! Никто не вспомнит о том, что вы вообще существовали! Я сотру ваши истории со страниц мультивселенной!
Шеша так бесновался, что пришлось целой группе стражников-раккошей окружить клетку. Пинки отошла в сторону вместе с околдованным Ронту и разгневанной нянюшкой. Шурпанакха выкрикивала какие-то указания, но ученики, не слушая её, метались в растерянности по поляне.
Пользуясь неразберихой, я слезла со сцены, по пути сорвав пару цветков чампаки.
– Теперь всё сделано, и мы можем смыться. Пинки выходит за твоего отца, они с Шешей ненавидят друг друга; всё как надо.
– Нет, постой, что-то не так, – захлебнулся от волнения Нил.
– Но что? Тебя снова отлично видно. – Я кивнула на чёткие контуры друга. – В чём дело?
– Меня-то, может, и видно, зато теперь ты таешь, – ответил Нил, с тревогой глядя на меня.
– Какого… – выдохнула я, уставившись на свои расплывчатые очертания. – Что происходит?
– Царица выбрала жениха! – гудела со сцены Шурпанакха. – Теперь, чтобы закончить церемонию, она должна убить неудачливого претендента на свою руку.
Я сначала не поняла, но в глазах Нила вспыхнул ужас.
– Киран! Это катастрофа! Мы добились того, что мои родители поженятся, а значит, в будущем появлюсь я. Но, если мама убьёт Шешу, ты родиться уже не сможешь!
Ой, блин. Какой кошмар. Что же делать?
– Царица, – громко и настойчиво закричал Нил. – Ты не можешь убить Змеиного принца!
– Это ещё почему? – Пинки увлечённо плевалась огнём в Шешу, забившегося в дальний угол клетки.
– Потому что… потому что… Ты очень хорошая? – преположил Нил.
Ученики вокруг захохотали, как будто он удачно пошутил. Даже свирепый Горгор-да дружески хлопнул Нила по спине:
– Ну рассмешил, парень!
– Очень хорошая! – фыркнула Пинки. Но я-то видела, даже если никто, кроме меня этого не замечал, что её сердце разрывается от боли. – Я совсем не хорошая. С какой стати мне быть хорошей? Что за чушь!
– Ты любила меня, Пинки, – процедил Шеша. – А потом пренебрегла мной! Отвернулась от меня! А из нас вышла бы отличная пара. Как ты можешь гасить собственный свет, приковывая себя к тому, кто даже не понимает, кто ты и какая ты на самом деле?
Несмотря на морок, Ронту всё же понял, что Шеша его оскорбляет.
– Эй ты, я не гашу ничей свет! Я просто хочу, чтобы Пинки следовала правилам моего Царства и была образцом доброй и верной жены, которая будет поддерживать все мои мечты, не имея собственных!
Это снова вызвало смех.
– Как бы не так, – ухмыльнулась Шурпанакха. – Бедный глупый маленький принц, твоя жена-ракша будет править твоим царством вместо тебя!
Ронту заморгал, словно эти слова слегка разогнали туман, окутывающий его мозги, и посмотрел прямо на Нила.
– Ненавижу раккошей, – заявил он.
– Ну ты и зануда, мой будущий супруг, – зарычала Пинки. – Усни. Спи и похрапывай!
По взмаху её руки Фаттешвар Оребаба, он же Ронту, отец Нила и будущий повелитель Запредельного царства, свернулся калачиком у подножия трона и заснул. А Пинки снова повернулась к Шеше.
– Как ты посмел! – рявкнула она. – Ты делал вид, что любишь меня, только для того, чтобы получить мою силу!
– Можно подумать, ты поступала иначе! – прошипел Змеиный принц.
Лицо Пинки дрогнуло. Похоже, она-то и правда была влюблена и верила во взаимность. Но её взгляд тут же стал непроницаемым.
– Ну конечно, я поступала так же, как ты. Это была шутка, но теперь всё кончено!
