Оставшись в избе один, Тор чувствовал себя не в своей тарелке. Котяра глядел на него презрительно и настороженно. Ему здесь были совсем не рады, только идти охотнику было некуда. Какое-то время Одинсон сидел за столом, бездумно скользил взглядом по убранству избы, к счастью, навязчивые козлы испарились и больше не появлялись. Тор откровенно скучал, чем себя занять в чужом доме — он не знал, да и некрасиво это — хозяйничать в гостях. Ближе к вечеру Тора охватило странное беспокойство, и, хотя Эрос спокойно спал на табурете, изредка дёргая ушами, Одинсону стало казаться, что по возвращении Локи выставит его вон. Он и так много сделал для него и, немного поразмыслив, выставит его за порог. Тор даже в душе не смог найти повода упрекнуть Локи в этом. Безрадостные мысли заставили Одинсона поникнуть, он стал высматривать Локи в окно, но тот всё не появлялся, и гость решил воспользоваться ускользающей возможностью, чтобы ещё немного отдохнуть. Гость улёгся обратно в постель лицом к стене и спиной к Эросу, спящему на табурете, и очень быстро провалился в сон.
***
«Признавайтесь, кто из вас хочет хорошенько засадить этому красавчику в задницу, мне кажется, он давно этого ждёт», — мерзкий голос Фандрала ворвался в сознание и звенел в ушах, перерастая в гогот кучки уродов, что лапали истерзанное тело.
Одинсон вынырнул из мерзкого сна благодаря Локи, тот тряс его за плечо, и, разлепив веки, охотник не сразу понял, что происходило. Он схватил колдуна за руку и сжал, бессмысленно озираясь по сторонам. Не было вокруг пыточной камеры, только гостеприимный дом колдуна.
— Это я, — поспешил произнести Локи.
Судя по тому, что он ещё не успел скинуть накидку, колдун только что вернулся. Хотя успел зажечь несколько свечей. Тор немедленно отпустил его руку, сглотнул и настороженно заглянул в тёмные глаза хозяина избы. Чёрные волосы обрамляли его лицо, и без того скрытое тенью, но глаза Одинсон прекрасно рассмотрел, в них мерцала сталь и колдовская зелень.
— Прости, я не хотел тебя хватать, — Одинсон приподнялся на локтях. — Ты давно вернулся?
— Только что. Тебе снился кошмар, — отозвался Лафейсон сочувственно и немедленно отошёл в сторону, зажёг ещё свечи, поставил на подоконник и на разделочный стол.
— Спасибо, что разбудил, — Одинсон сел в постели. Пламя свечей разгоняло рвущиеся в избу сумерки.
Локи задёрнул штору на окне.
— Тебе снилось что-то конкретное? — продолжал отвлечённую беседу Лафейсон, при этом он копошился с увесистой поклажей в мешке, разбирая покупки. Эрос сидел на лавке и наблюдал за компаньоном. — Я купил для тебя одежду, а тебе — сметаны.
Одинсон вздохнул, на вопрос отвечать не стал. Лафейсон обернулся, снял накидку и бросил на лавку.
— Что снилось? — повторил маг с напором, он уже успел догадаться, что именно вызвало у охотника такой ужас.
— Пытки, — пожал плечами гость.
— Они тебя не тронули, — вдруг тихо произнёс колдун. — То, чего ты так боишься, с тобой не сделали.
Тор сглотнул, нахмурился, не понравилось ему, каким тоном Локи это сказал. Догадался, чёрт. Одинсон не хотел продолжать обсуждать эту тему, коль скоро для мага всё было очевидно, а тот и не собирался болтать, отвалил коту чашку сметаны, поставил на стол. Эрос принялся наворачивать угощение, а колдун готовить ужин.
— Может, тебе чем помочь? — подал голос Тор, поднимаясь с постели.
— Отдыхай, — отмахнулся колдун. — Ты быстро восстановился, но восполнить утерянные силы будет нелишним. Могу дать тебе снадобье для защиты от кошмаров.
— Не надо, — отрезал Одинсон.
— Как хочешь, — тут же согласился собеседник.
— Локи? — вдруг позвал охотник.
— Да?
— Тогда на рынке это был ты? — вдруг словно громом поражённый, высказал смелую догадку Одинсон.
Локи обернулся и тонко улыбнулся.
— С яблоками? Да, это был я.
— Но как? — Одинсон подскочил с постели, ночная сорочка, в которую Локи его облачил, уже порядком раздражала. — Ты можешь перевоплощаться?
— Это простая иллюзия, — Локи улыбнулся. — Я понял, что ты меня заметил, и навёл на себя морок. Примерь одежду, вроде, должна быть впору.
Одинсон хотел возразить, переодеваться в присутствии колдуна было как-то неловко, не ровен час опять поставит на колени. Тор был ему обязан жизнью, поэтому вполне оправданно и даже честно будет, если спаситель потребует расплаты. Вот только охотник предпочёл бы расплатиться как угодно, только не очередным унижением.
— Я могу выйти, если тебя так смущает моё присутствие, — насмешливо подал голос колдун, хотя даже не обернулся на Тора, спокойно орудовал на разделочном столе.
— Это вовсе не обязательно.
Тор тяжело вздохнул, взял одежду со скамейки и отошёл к постели. Локи занимался своим делом и ни разу не повернулся, пока Одинсон переодевался, даже Эрос не смотрел в его сторону, наелся сметаны и, спрыгнув на пол, прошёл мимо хозяина к своему табурету. Одинсон немало удивился высокому качеству одежды, сам он никогда не тратился на такие изыски. Локи приобрёл для него штаны и жилет из плотной, но эластичной кожи отличной выделки, две рубахи из плотной ткани и удобные сапоги.
