— Ани, что случилось? Мой отец обидел тебя?
— С чего ты взяла?
— Ты кривишься при одном его упоминании, даже сейчас.
— Нет, — покачала головой. — Ральфа опять наказали, его даже на Рождество не отпустят, и теперь, если господин Николас уехал, у меня не осталось ни единого шанса увидеть брата. И когда ему дадут выходной — неизвестно.
Лиззи кивнула, принимая моё объяснение. Печально вздохнула, сжала мою ладонь.
Нет, он меня не обидел. Он раскрыл мне глаза, показал моё истинное я. И мне очень не понравилось увиденное.
Я вернулась к окну и открыла коробку. Красная лента упала на подоконник. Сладкий аромат перебил запах лекарств. Красивый, очень красивый пирог, у меня вряд ли бы вышло что-то подобное.
Громкий стук в дверь и бодрое «войдите» отвлекли меня от подарка Холда.
— Я зашел попрощаться, Элизабет, — вошел в палату Эдриан, только смотрел он при этом почему-то на меня. Как будто знал, что Лиззи в палате не одна.
— Здравствуйте, Алиана! — тепло улыбнулся мне мужчина.
— Добрый день, господин Слоун. Рада вас видеть.
Это не было правдой, я не испытывала никакой радости от этой встречи. Я видела в его глазах интерес, и это не казалось мне приятным. Врач, но и сын влиятельных родителей. Им тоже нужен Эдинбург?
— Как вы, как ваше здоровье?
— Значительно лучше, благодарю вас.
Господин Николас был абсолютно прав тогда на балу. За каких-то несколько месяцев я научилась врать. Не слишком виртуозно, правда. Лиззи с первого взгляда меня раскусила, но я, определенно, делаю успехи.
Бал. Танец с Александром, и приглашение Эдриана, о котором он тогда предпочел забыть.
Я еще и злопамятна.
Господин Слоун улыбался и рассматривал моё лицо. Молчаливая пауза затягивалась, Лиззи прыснула в кулачок. Я выгнула бровь. Мы не виделись почти восемь месяцев, а теперь он вдруг понял, как много потерял?
— Я был счастлив снова видеть вас, Алиана. Не смею вам больше мешать, — кивнул он мне на прощанье и посмотрел с такой тоской, что мне захотелось поверить в его чувства.
Наивная, наивная Ани.
Почти так же смотрел вчера на тебя господин Холд. Ему тоже поверишь? Сжала зубы.
Красное марево, клубящаяся тьма. Что я вижу? Диссертация Эдриана…
Может быть, он знает ответ?
— Вы торопитесь, господин Слоун, или еще какое-то время будете в госпитале? — аккуратно спросила я.
Тоска в его взгляде сменилась яркой надеждой. Еще один превосходный актер?
— У меня есть к вам несколько вопросов, не могли бы вы уделить мне пару минут?
— Конечно. Я буду ждать вас в холле, — с готовностью ответил мужчина, вежливо поклонился Элизабет и оставил нас с подругой одних.
— Будь осторожна, Ани. Не забывай, что ты Холд, — вздохнула Лиззи.
Я снова присела к ней на кровать.
— Ты ведь не обо мне сейчас, — взяла её за руку. Она опустила глаза.
— Нет, не о тебе. Юрий попросил у отца моей руки.
Вот так новость. Первый танец на Весеннем балу. Злость в глазах Александра, бледная Элизабет и крайне довольный собой Юрий. Танцевал с Лиззи, целовал меня. На ней женится, станет моим опекуном, тем самым оформив права на … любовницу?
«Вы ведь необычная женщина, Алиана». Можно, наверное, даже втроем жить. Я ведь такая необычная. Нет, втроем в народе не поймут. Одна на день, вторая в ночь. Красота.
Да…настоящий прекрасный принц.
«Но вчера ведь вы виделись?» Что он знает, откуда знает? Наблюдал за Холдом, за мной? Или за нашей с Лиззи квартирой?
— Господин Холд дал согласие?
— Нет. И вряд ли его даст. Какая разница, кто, Ани? Я приму любое решение отца. Любое. Вот что действительно страшно.
— Твой отец позволил тебе учиться, Лиззи. Есть шанс, что и выбор мужа он оставит за тобой. Ты только выбирай кого-то правильного.
— Ты права, — она робко улыбнулась. — Проблема только в том, что тот, кого выбрала я, не торопится выбирать меня в ответ.
Всё относительно, госпожа Холд. Иногда проблема — тот самый взаимный выбор.
— Уже поздно, и Эдриан ждет. Иди, оставляй меня болеть в одиночестве.
— Не в одиночестве. У тебя есть телевизор, — рассмеялась я, а потом взгляд мой остановился на подарке господина Холда. Мне больше не было смешно. — И малиновый пирог. Ты же будущий врач, знаешь, как полезна малина при простуде.
Мы попрощались, я мельком посмотрела в окно, и уже взявшись за дверную ручку, озвучила тревожащий меня вопрос:
— Скажи, Элизабет, кто-то мог наблюдать за нашими окнами из квартиры напротив?
— Разумеется, Ана. Охрана. Квартира напротив тоже принадлежит отцу.
— Хорошо, — я улыбнулась и вышла за дверь.
Тоже принадлежит отцу. Как и наша квартира, как и Лиззи, как и я.
Эдриан ждал меня в холле на небольшом диване для посетителей и задумчиво смотрел перед собой. Хлопнула дверь, он обернулся на звук, поднялся с дивана и подал мне руку.
— Уже всё? — улыбнулся Слоун.
— Всё, — подтвердила я.
Охрана могла что-то видеть? Были ли закрыты шторы вчера на кухне? Я не помню… Вспышки напротив, блики от уличного фонаря или фотокамеры? Но зачем Холду наши фотографии?
— Вас устроит мой кабинет?
— Конечно.
