– Ну, я соврал. Просто я быстрее тебя и, добежав до деревни, все-таки один раз переместился.
– Переместился? – возмутился Гуэй. – Так, значит, они теперь тебя везде выследят!
– А я о чем, – прикрыв глаза, довольно кивнул Ми Хоу.
Гуэя одолевала злоба. Теперь все шло абсолютно не по плану. Хотя и плана на этот случай у них никакого не было. Но как приятно было верить в то, что проблема решена!
Он со всем укором посмотрел на Ми Хоу, а затем резко шагнул вперед:
– Сяо Ту!..
Забрав себе один из нефритов, Ми Хоу положил пояс с остальными на землю. Но тут же вернулся и забрал все, кроме одного. Подхватив отставшего Сяо Ту, демон поспешил нагнать мастера.
– Дом родной! – восхищенно воскликнул Ми Хоу, потягиваясь на валуне и вдыхая лесной воздух.
– Ты же из Хэнань, – заметил Гуэй.
– И что? Мне Сиань такой же дом. Здесь я во второй раз родился.
– Это когда мастер тебя спас? – уточнил Сяо Ту.
– Совершенно верно, – ответил обезьяна, довольно нежась на солнце.
– А родом ты из Хэнань? – переспросил писарь.
– С горы Суншань[61], – подтвердил Ми Хоу, – из уездного города Дэнфэн, знаменитого буддийского монастыря Шаолинь.
– Это правда? – оживленно спросил Сяо Ту у Гуэя, аккуратно сворачивавшего свой спальник и старавшегося при этом не побеспокоить раны.
– Правда.
– Так ты все же буддист? – поинтересовался Сяо Ту.
– Я следую мысли о глубокой взаимосвязи буддизма и Дао[62], – пояснил Ми Хоу. – Благодаря монахам я научился медитации и нескольким техникам боя.
– А еще подворовывал еду, – усмехнулся Гуэй.
– Чего смеешься? Все звери есть хотят!
– Только ты воровал столько, что монахи тебя выгнали.
– Не выгнали!
– Ну уж очень меня упрашивали тебя забрать.
– Не было такого!
– Тебя даже прозвали «вечно голодной мартышкой».
– Сам себе обед иди добывай!
– Не могу, забыл? Я временно калека, и тебе придется обо мне заботиться.
– Так танцуй чаще! Чтобы скорее выздороветь, а не болтай.
– Практики цигун следует выполнять в благоприятное для этого время, – поведал мастер. – Только так они будут эффективны.
– Тогда и меня научи, – подперев рукой голову, повернулся к мастеру демон. – Как говорится, «Если старик опыт не передаст, молодой опытен не будет».
– Я свои знания передаю, – возразил Гуэй. – Сяо Ту – завидный ученик для всякого мастера.
– Почему опять только ему?
– Умному человеку нет нужды долго объяснять.
– Мы вообще друзья? Ты даже не сказал мне настоящее имя Хэй Ли, а у меня почти получилось повторить ее технику. Больше я вам помогать не стану! И повозку ищите сами! – Ми Хоу окончательно обиделся.
– Сострадание к больным – великая добродетель, – напомнил мастер.
– Я передумал быть добрым.
– Тогда сиди и смотри, как Сяо Ту пухнет от голода. А он тебе ничего плохого не сделал.
Демон посмотрел на Сяо Ту, напоминающего тень.
– Вот ему принесу, а ты перебьешься, – пообещал Ми Хоу, снова отправляясь на охоту.
– Больше фруктов, – крикнул ему вслед Гуэй. – Нам с братцем Сяо нужно поберечь желудок от тяжелой еды.
Ми Хоу махнул рукой, не оборачиваясь, и тут же запрыгал по деревьям.
– Мастер, – позвал его Сяо Ту, – значит, имя сестрицы Хэй Ли не настоящее?
– Как и Ми Хоу, и Хуо Ван, Гуэй, и даже Сяо Ту.
– Но меня так звали с рождения, – не согласился юноша.
– Верю, – коротко ответил мастер.
– И у господина Ми Хоу есть другое, истинное имя?
– Да.
– А мне вы их скажете? – наивно попросил Сяо Ту.
– Имя человека хранит в себе его судьбу. Потому это оружие куда страшнее меча. И всякий заклинатель должен быть достаточно готов, прежде чем его услышать. Чтобы не повторилась история Ми Хоу и Хэй Ли. Не будь я готов к этому, свои имена они бы мне не вверили, – и чуть подумал: – Хэй Ли уж точно.
Сяо Ту расстроился, но слова мастера принял.
– Мастер, почему вы были уверены в том, что мастер Ма вас послушает, когда вы говорили ему о грехе и гневе Трех владык?
– Не знал, но надеялся. Брат Ма радикален. Он считает, что правдивое учение только в истоках. Потому причисляет себя к приверженцам Пути Пяти ковшей. И хотя, подобно Ми Хоу, многое трактует по-своему, однако же своему собственному слову верен.
Сяо Ту достал из сумки остатки вяленой баранины.
– Мастер, поешьте, Ми Хоу отдал мне все.
– Ешь, – улыбнулся Гуэй. – Мне и впрямь стоит сейчас воздержаться.
Приближалось лето, цветы вишни опадали, дни становились все жарче, но и дождей стало больше.
– Долго нам еще идти? – с огромным листом лотоса на голове возмущался промокший обезьяна.
– Уже рядом, – отозвался Гуэй, прикрываясь, будто зонтом, таким же листом.
Самый большой же был на голове Сяо Ту.
Недовольный обезьяна продолжил:
– Ты сказал, что с этими торговцами мы быстро доедем в Ганьсу, но они приехали в Сычуань!
– Мы потеряли пять дней… – в отчаянии прошептал Сяо Ту.
– Я плохо знаю их диалект, – стараясь сохранить гордость, повинился Гуэй.
– Мы точно его не прошли? – спросил Ми Хоу, не в состоянии смириться. – Почему тут так глухо?
– Я следую по карте, – раздраженно ответил Гуэй.
– Есть хочется, – снова ныл обезьяна.
– Ты недавно ел.
– Разве это еда? Сплошные овощи и фрукты! Я мясо хочу, – сказал он, глядя на Сяо Ту.
