Говоря это, он кинул свою ношу и двинулся прямо к нашему укрытию.
Костя подтащил меня к себе. Занавес распахнулся.
Пока я с силой жмурила глаза в надежде на то, что все само собой образуется, Джонни принял форму девушки в купальнике и вышел навстречу гостю.
–Ах, вот и ты, моя нимфа, – пропел медовый голос. – Напомни своему боссу, что я – самый надежный работник и свои обязанности исполняю как велено. А за это прошу лишь вознаграждения. Деньги меня тоже устраивают, но я был бы не прочь получить и другую плату.
Джонни невозмутимо ответил:
–Вы принесли подарок?
–Да, да, моя милая, вот он. Удивлен, что ты не пришла ко мне сама и не забрала его. Где твой босс? Он совсем спятил, раз решил бросить этих умирающих в стенах моего пристанища. Мы же договаривались, полуживыми забирает, плату оставляет. Все же просто, ведь так, моя конфетка? Я свою работу выполняю, а что твой босс?
Джонни не стал дослушивать гостя, хотя тот явно намеревался еще долго говорить. Он молнией переместился к нему за спину и заломил руки.
–Можете выходить, – крикнул он нам, посадив гостя на колени.
–Что происходит? Кто вы такие? Где босс? Он вам все объяснит, – беспокойно озирался по сторонам заложник.
–Это ты нам скажи, кто ты такой? – суровым басом прогремел Крис.
–Я – Целитель, помощник и проводник изменений души и тела к лучшему. Помогаю людям понять свою природу и стать здоровыми и выносливыми.
Пока он рассказывал о себе, надо заметить, очень красноречиво и явно наслаждаясь тем, что он сам о себе говорит, Джонни передал Крису право держать заложника, а сам направился посмотреть на ношу, с которой сюда явился этот Целитель.
Допрос продолжался:
–Что ты здесь намеревался делать? – спросил Костя.
–Я всего лишь доставил посылку. Всегда их забирали, а в этот раз никто не пришел, хоть я и отправил послание.
–Что за посылка?
–Мэри, – вместо ответа Джонни позвал меня к себе. Его лицо было невозмутимо, но сложилось ощущение, что он хочет показать что-то недоброе.
Я направилась к нему. И чем ближе подходила, тем четче ощущала нарастающую тревогу. А когда он развернул лежащий на полу пыльный сверток, я испытала ужас.
–Ассоль! – вырвался крик и разнесся по периметру здания.
В большом мешке лежала моя подруга. Стеклянные глаза ее вперились в потолок, когда Джонни перевернул ее на спину. Грудь неровно и еле заметно вздымалась. Я не видела ее довольно давно, но могу сказать, что она очень исхудала. Кожа свисала и казалась мертвенно бледной. Ее полные румяные щечки куда-то пропали. Ее длинные ресницы поредели. Ее естественно красные и живые губы, обычно растянутые в улыбке, потеряли свой цвет и свою жизнь.
–Что ты сделал с ней? – взревел Крис, хватая Целителя за грудки.
–Я ничего не делал, она на пути к исцелению, я просто помог ей осознать, что она больна и должна переродиться.
–Не неси чушь! – кричал на него Крис.
Я наклонилась над холодеющим с каждой секундой телом подруги. Слезы капали прямо на ее одежду. Я поудобнее присела и аккуратно положила ее голову себе на колени, обнимая ее.
–Как же так? – тихо спросила я, поглаживая ее волосы. Светлые ее волосы больше не блестели и казались сухими.
Где-то на фоне, будто бы далеко отсюда, продолжался допрос:
–Господа, – обратился Целитель, – я всего лишь выполнял свою работу. Мне сказали передавать людей роботам, и чем больше будет людей, тем больше денег я получу. И я вам скажу, что получилось у меня весьма успешно.
–Что ты делал?
–Я нес людям просветление и…
–Опять несешь чушь! – теперь кричал уже Костя, теряя терпение. Крис замахнулся для удара.
–Ладно, ладно, – заложник, видя это движение, струхнул и наконец понял серьезность ситуации, в которой очутился. – Я притворялся Целителем – человеком, который знает сакральные тайны и может вылечить любые болезни. Но ничего такого я не делал! Правда! Я всего лишь читал сказки на ночь этим людям, они сами приходили ко мне, а потом просто верили, что больны. И когда становились очень сильно больны, я передавал их сюда. Вот и все. Я ничего не делал! Честно!
–Ассоль? – попыталась я позвать ее, обратить внимание ее светлых глаз на меня, но безуспешно – они все также прикованы были к потолку или дальше, выше купола, выше неба над куполом, туда, где царит вечность.
Ее руки были чуть теплые. Одежда вся истрепалась.
–Ассоль! Что же произошло с тобой, Ассоль? Посмотри на меня, пожалуйста, – молила я, а слезы капали теперь на ее лицо, но ей было все равно. Она была уже где-то не здесь.
–Послушайте, господа, – продолжал свой рассказ заложник, – я всего лишь зарабатывал деньги, это просто работа, что мне сказали сделать, я сделал. Никогда нельзя было упрекнуть меня в некачественной работе. Я посветил всего себя этой роли, отдался ей. Не виноват я, что люди такие доверчивые.
–Сколько людей? – кричал Крис. – Сколько?
Каждый раз слыша ярость, направленную на него, Целитель вздрагивал:
–Много, много людей. Тысячи, может больше. Я работал очень хорошо, правдоподобно. Сам удивлен, что так могу.
–А что с ними делали, когда ты их отдавал?
–Это уже не мое дело. Я свою часть выполнил, а что дальше – не моя забота.
